Не стало Анатолия Васильевича Королёва. Писатель, преподаватель Литературного института, почётный профессор Пермского университета. Но для меня это первый человек, который поддержал меня на моём литературном пути. Он приезжал в Пермь и выступал на книжной ярмарке, встречаясь с будущими абитуриентами Литературного института. Проводил мастер-классы в Горьковке. Я уже в то время не была по возрасту абитуриентом и даже не рассматривала себя со своими рассказиками возможным студентом Литинститута. Мастер-класс проходил два дня, и Анатолий Васильевич предложил самым смелым оставить свои литературные потуги на бумажном носителе, чтобы на следующий день он разобрал их перед слушателями и подсказал главные ошибки. Я была не готова к такому щедрому со стороны признанного писателя предложению и, запинаясь, спросила, а можно ли передать ему где-то ещё свои тексты. Мы договорились, что я оставлю их на ресепшен в гостинице «Урал». Едва дождавшись следующего дня, я одной из первых пришла на мастер-класс в Горьковку и сидела, кусая губы. Взрослая тётя — а туда же! Он разбирал один текст за другим, ругал таких же возрастных, стремящихся к высокой литературе дам, ругал мягко, а про меня не говорил ничего. Я решила: ну всё, заканчиваю свои литературные потуги прямо сегодня. И когда уже все стали расходиться, он сказал: — А вас я попрошу остаться. И… да, я ожидала, что мне мягко скажут, что писать — это не моё, что он просто пожалел меня. Но услышала: — А вам надо поступать в Литинститут точно. В мою мастерскую. Вы уже писатель. Я взяла трясущимися руками бумажку с почтой и телефоном и вышла на негнущихся ногах. Села в машину и разрыдалась. Доехала до дома — продолжила рыдать, испугав дочь до обморока. — Что, что он сказал? — Сонька бегала вокруг и не знала, как меня успокоить. — Всё плохо, да? Не может быть! — Он сказал, что я писатель, — я села и первый раз произнесла это слово про себя. Я иногда присылала ему свои рассказы, он осторожно «ругал». А я готовилась поступать в Литинститут — это выводило меня до невозможности. А потом я написала роман и прислала Анатолию Васильевичу. — Весь не прочту, — честно сказал он. — Но я подумал: нечего вам делать в Литинституте. Мне стало легче, потому что поступление, работа и писательство меня совершенно истощали. Но я спросила: — Не возьмут? — Испортят. У вас сложившийся стиль, а вас начнут переучивать. И всё испортят. Так я не поступила в Литинститут и стала писать. Спасибо.