В начале переписки Элизабет пытается умерить пылкость Роберта, который хочет встретиться. Вот прямо сейчас - только кэб возьму. Она предупреждает, что в реальности он увидит больную развалину. Благодарит за письма, но просит не ждать от встречи чуда. «Люблю ваши письма, люблю вас самого всем сердцем — и только не подумайте, что шучу. Но вам вовсе незачем видеть меня. Если бы вы знали, какой тяжестью лежит на мне моя болезнь...» Поэтому встреча все откладывается и откладывается. Зато письма Роберта очень скоро становятся для Элизабет главным содержанием жизни. Девушка ждёт его послания. Тоскует в те редкие дни, когда от Роберта не приходит весточки: «Как я жила все эти дни? Вашими письмами. Вчерашнее послание пришло в самый разгар моей меланхолии — и разогнало её, как солнечный луч разгоняет тучи. Я перечитываю ваши письма так часто, что они начинают стираться на сгибах». Элизабет много болела. Роберт беспокоился о ней, и девушка иногда скрывала свое состояние, чтобы его не тревожить. Однажды он упрекнул её за это: «Вы говорите, что я "обманывала" вас? - ужасается Элизабет. -Боже мой, Роберт! Я просто не хотела, чтобы вы волновались. Ведь я знаю, как вы близко принимаете к сердцу каждую мою боль. И если я иногда скрываю от вас свои страдания, то только для того, чтобы не множить ваши». Первая встреча произойдет лишь в конце весны. 20 мая 1845 года Роберт пришел в комнату Элизабет в доме на Уимпол-стрит.  * Вопрос о том, как так получилось, что деспотичный отец, по своему обыкновению, при появлении Роберта не спустил ухажера с лестницы, все ещё плохо изучен наукой. Выдвигаются самые разные гипотезы - от примитивных (мол, Роберт появился в комнате у Элизабет тайком) до совсем уж конспирологических (объясняющих эту таинственную деталь происками мирового правительства). Но, думаю, спор западных учёных не должен отвернуть нас от истины - уж кто-кто, а мы-то с вами точно знаем, в чем дело - ведь знаем, правда? Конечно же, виноваты американцы). Так или иначе, но после встречи тон писем становится иным.  «Я все думаю о вчерашнем дне, - переживает Элизабет в послании от 21 мая. - Мне кажется, я была слишком тиха и молчалива, но поверьте, мое сердце говорило так громко, что мне самой становилось страшно. Вы были так добры ко мне, так нежны... Я чувствовала себя окруженной любовью». Письма Роберта столь же чувственны. Однако этот эпистолярный роман продолжается ещё целый год. Папаша сумел внушить дочери, что покинуть его - это страшное преступление. Так что несчастная Элизабет испытывает страшное чувство вины и мечется между любовью и дочерней преданностью. «Подумайте еще раз, Роберт! Я калека, я старше вас, у меня нет ничего, кроме долга перед отцом, который проклянет меня. Но если вы скажете "Иди", я пойду. Потому что без вас мне все равно не жить». А вот ответ Роберта:  «Я требую одного: возьмите меня с собой. Куда бы вы ни пошли, я пойду за вами. Вы боитесь, что я пожалею о жертве? О какой жертве? Вы — моя жизнь. Если бы я мог сделать вас свободной, отдав за это всю свою кровь до последней капли, я бы сделал это с радостью». Ну и в конце концов, через полтора года после первого письма, влюбленные решаются на побег. 12 сентября 1846 года Элизабет покидает дом:  -Я в булочную.  В церкви Святой Марии ее ждёт Роберт.  -Пожалуйста, побыстрее, падре, - торопят они священника. Принимают обряд. А уже через час после церемонии Элизабет дома, с тремя батонами багета, чтобы никто ничего не заметил. Следующее письмо Роберт отправил ей... Думаете, из соседней комнаты? Ничего подобного. Ещё какой-то время эта парочка продолжает переписываться, готовясь к окончательному побегу.  «Мой дорогой, мой собственный! -пишет Элизабет Роберту уже как к мужу. -Вчера... я все еще не могу поверить до конца. Я твоя жена. Теперь, что бы ни случилось, я твоя. И если отец отвернется от меня, если весь мир осудит меня — ты у меня есть. А значит, у меня есть всё». Как думаете, был ли у этой истории хэппи-энд?