РУБРИКА «ДОЧЬ ОХОТНИКА»: История про медведЕй, или как отец научил меня не бояться тайги Когда ты малая девчонка и живёшь в деревне, где единственный маршрут до школы пролегает через старое дореволюционное кладбище посреди чистого кедрача, в голову сами лезут экзистенциальные мысли. Идя в школу, ты еще не знаешь слово «экзистенциальные» и, пока еще, испытываешь обычный страх, следуя по этой дороге на встречу к знаниям. Особенно этот страх посещает осенью, когда каждый уважающий себя медведь должен бы на всю зиму улечься спать, посмотрев вечерние новости. Начинаешь думать: «а, вдруг, косолапый передумал и решил погулять ещё немножко. В октябре, к примеру.» Ты идёшь утром в школу — темно. Вечером домой из кружка — светлее не стало. И вот ты проходишь мимо леса, из которого с большой вероятностью может, как фулюган из-за угла, выйти известный в тайге суперхищник. Надеятся, что оттуда появится кто-то вроде Винни Пуха, который до пятницы совершенно свободен, не приходится. Летом, конечно, вся местная детвора спокойно ходила за грибами и ягодами — медведи там были, но как-то на расстоянии. А вот осенью — это был настоящий хоррор. Потому что медведь-шатун — это не шутки. Это тот, кто не лёг вовремя, кто злой, голодный и морально нестабильный. Периодически такие товарищи заходили прямо в деревню. Таким у нас были не рады. Наслушавшись историй или слухов о том, что рядом с деревней видели следы, каждое позднеосеннее утро ты брёл в школу как на фронт. А потом отец стал возить меня в тайгу. На угодья. И всё стало по-другому. Первая встреча с медведем вживую Мне было лет шестнадцать. Мы с отцом рыбачили в устье речки на Енисее. Стоим, что-то там ковыряемся — то ли лодку привязываем, то ли ещё что-то делаем. Неважно. Я поднимаю голову и вижу: из леса к нам на берег идут два медведя. Молодых, двухлетки. Крупные такие, здоровые ребята. Они нас не видят, не слышат: ветер дует с их стороны. Идут себе, играют, по своим медвежьим делам. Я говорю: — Пап, смотри, медведи идут. Отец спокойно встаёт, смотрит и начинает громко свистеть. Так, по-мужски. Я ещё крикнула «Эй!» для комплекта (помощница же). Один медведь сразу убежал. Второй встал на задние лапы, посмотрел на нас с видом «извините, я, видимо, ошибся этажом», постоял, подумал — и тоже ушёл. Не побежал, а именно ушёл, спокойно так. Все, и мы, и медведи сумели сохранить достоинство. Отец вёл себя так, будто к нам не медведи вышли, а комар залетел. Ну свистнул, комар улетел. Нормально же. У нас даже ружья с собой не было. А ведь как принято? Медведь — сразу за ружьё, стрелять, паника, крики. Но отец был настолько спокоен, что это спокойствие передалось и мне. Главный урок И вот такое отношение — оно в нас воспиталось. В естественной среде медведь — это нормально. Да, он большой. Да, он опасный. Но если ты адекватно оцениваешь обстановку, не паникуешь и не делаешь из этого суперсобытия — всё будет нормально. Медведь в деревне — это страшно, потому что он там не на своём месте. Он там ненормальный, больной, голодный. А медведь в тайге — это его дом. Ты там гость. Ты свистнул, дал понять «я здесь», он посмотрел и ушёл. Вот и вся история. Никакого героизма, никакой драмы. Просто спокойствие, здравый смысл и свист. Может, именно поэтому в тайге мне легко. P.S. Если бы медведи читали телеграм, я бы им посоветовала не ходить в деревни. Там люди нервные, с ружьями. А в тайге — спокойно, кедры, рыба, туристы изредка. Лепота.