социальный порядок, который предусматривает отдачу или исполнение приказа, с одной стороны, настолько привычен, а с другой - его специфический домен настолько дистанцирован от повседневности, что вопрос, как такое возможно, практически не возникает: кто не был, тот будет, а если кто был - всё уже понял и в цирке не смеётся. Между тем, для актёра, которому предстоит сыграть одного из персонажей мизансцены, экспонирующей феномен приказа (или для социального аналитика, который его исследует), возникают по крайней мере три вопроса, касающихся его "подразумеваемых обстоятельств": почему субъект приказа должен полагаться на его агента, ведь сказано же в анналах: сделай сам, если хочешь, чтобы было хорошо? - почему и ради чего агент должен подчиняться субъекту, исполняя его желания, своих дел нет, что ли? - наконец, что в этой мизансцене такого, что её тиражируют влиятельные социальные институты любого общества: силовые структуры, бюрократия, суд?