ВЦИОМ об отказе от сильного лидера и особом пути России. Посмотрел новый соцопрос, фиксирующий кардинальное изменение запроса на власть. Самый разительный сдвиг за 25 лет – резкое падение значимости «сильного лидера» (с 72% до 28%) и «сильного государства» (с 59% до 28%). В 2000 году это были доминирующие ответы, а в 2025 году они сравнялись с ценностями «патриотизма» и «духовности». Тогда Глеб Павловский создавал для укрепления власти «путинское большинство», сейчас – ищут новую идеологию. Социология фиксирует рост значения нематериальных ценностей. На первый план вышли «Возрождение культуры и духовности» (31%) и «Возрождение патриотизма» (29%). Эти категории стабильно важны для общества, и их значимость немного выросла. Также фиксируется слабая связь развития с экономикой. Прямое упоминание «развития экономики» оказалось на последнем месте (2%). Это не значит, что экономика не важна, скорее, она воспринимается как база или следствие, а не как первичная цель. Люди, возможно, верят, что решение духовных и государственных проблем автоматически приведет к экономическому процветанию. В вопросе о реформах подавляющее большинство (65%) считает, что нужно ориентироваться на собственный исторический опыт, а не на зарубежные модели. При этом опыт Китая (13%) стал значительно популярнее опыта Запада (4%). Однако тут следует учитывать генерационные различия. Молодежь – больше ценит «демократические институты» и открыта опыту других стран («третий мир», Запад), меньше интересуется «возрождением традиций» (только 10%). Старшие поколения (застоя и оттепели) сильнее ориентированы на «сильное государство» и «сильного лидера». Более выраженно поддерживают ориентацию на собственный путь и не ценят демократические институты. Но и «сильной руки» больше не хотят. Общество может считать, что эти задачи в основном решены. По сравнению с хаотичными 1990-ми годами, когда проводился опрос 2000 года, сейчас в России выстроена жесткая вертикаль власти. Вопрос перешел из категории «актуальных проблем» в категорию «достигнутых состояний». На фоне международной изоляции и санкций материальные и геополитические цели могут казаться труднодостижимыми. Люди обращаются к более глубинным, «духовным» проблемам как к источнику идентичности в нестабильном мире. Эти концепции являются центральными в государственной идеологии последних лет. Их продвижение через СМИ, образование и культуру оказало сильное влияние на общественное сознание. В условиях западных санкций у многих возникает потребность в консолидации вокруг «вечных» ценностей, которые противопоставляются «западным». Патриотизм и духовность становятся основой для национальной мобилизации. После распада СССР поиск новой национальной идеи продолжался десятилетиями. Акцент на традиционной культуре, духовности и патриотизме «перегрел» возрастную часть общества. Это же объясняет низкий интерес к экономике и демократии. Восприятие их как функции, а не цели. Люди могут считать, что экономическое развитие является следствием, а не самостоятельной задачей. Разочарование в «демократии» у старшего поколения вызвано ассоциацией с тяжелыми реформами 90-х. Младшее поколение ценит демократические институты больше, но часто воспринимает их как нечто абстрактное. Поэтому доминирует установка «свой путь». Ведь история России XX века – это история попыток применить чужие модели (марксизм, либерализм). Есть желание избежать повторения этих ошибок. Запад многими воспринимается как враждебная сила, а Китай – как успешный пример не-западной модели развития. Имперские амбиции и изоляционизм также играют свою роль. Установка на особый путь подпитывается представлением об уникальности России и ее мессианской роли. Данные ВЦИОМ рисуют портрет общества, которое после периода строительства сильной власти теперь ищет опору в собственной истории и культуре, с недоверием глядя на внешний мир. Генерационные различия показывают, что эти установки сильнее у старших поколений, а вот молодежь демонстрирует иные взгляды. Отсюда и попытка