ВНЕЗАПНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ Прошло несколько лет, и нам пришла анкета молодого военного. Активный, инициативный человек сразу располагал к себе в первые минуты общения. Обширная эрудиция и волевой потенциал собеседника сочились из каждого сообщения. Человек сразу предупредил, что он на фронте, и, несмотря на это, выполнял весь объём работы неофита, необходимый для прохождения фильтрации в Шторм, и даже больше. Как-то на отдыхе между боевыми просмотрел весь цикл сказок о происхождении человека, выкурив несколько пачек сигарет, чтобы не уснуть. Он пожертвовал сном в промежутке между рискованными вылазками, и всё для того, чтобы полностью вникнуть в теоретические конструкты коллектива. За другие объёмы работы он брался столь же неистово, жадно накидываясь на них и превращая поступившие задачи в аккуратно разложенные по полочкам выполненные поручения. В какой-то момент неофит написал своему наставнику, что хочет кое в чём признаться и ему неимоверно стыдно, что приходилось не говорить всей правды, и поскольку за день до этого он в очередной раз чуть не погиб, понял, что тянуть больше нельзя, попросил разрешения записать голосовые без изменения голоса, так как ему предстоял долгий монолог, а подходящего ПО под рукой очевидно, что не было. Наставник, конечно, одобрил. Хотя мы стараемся избегать попадания в сеть образцов голосов товарищей, но наставник приготовился внимать. Оказалось, что неофитом был товарищ Оквадский, что было для нас неудивительным, так как система безопасности запеленговала в неофите человека, скажем так, явно из нашего ближнего круга. Товарищ очень сильно раскаивался в том, что тогда, как он считал, проявил малодушие, покинул боевой пост, сдался под натиском обстоятельств. Мы успокоили его, сказав, что не имеем претензий, что товарищ Оквадский тогда ушёл чисто, без грязи, просто утратив веру в себя, и что каждый, кто не утратил человеческое достоинство, имеет право на то, чтобы преодолеть себя. Ныне покойный соратник рассказал, что уже более года находится на фронте, что спустя пару недель после ухода из формации его охватило желание свести счёты с жизнью. Как-то самоубиваться намеренно в нашей культуре не принято, и посему товарищ Оквадский вслед за отцом подписал контракт и отправился на передовую в надежде, что там и оборвётся его жизни нить. Не оборвалась. А после того, как товарищ многократно избегал встречи со старухой с косой, ему как-то самоубиваться расхотелось. Прикосновения смерти в виде многократных осколков, извлекаемых из соратника уставшими полевыми хирургами, вернули ему тягу к жизни. Как-то в очередной раз находясь в ожидании дальнейших указаний от медперсонала госпиталя, перебинтованный с лёгким ранением и размышляющий о том, как ему быть, он заприметил на книжной полке… первое издание «Маленькой красной книжицы» Мао Цзэдуна, выпущенное Штормом в 2022 году. Книга стояла среди различной литературы, которую служивые использовали, чтобы скоротать время, и была изрядно потрёпана множеством рук. На полях страниц он нашел выцветшие написанные от руки карандашом духоподъёмные лозунги (так в своё время формация распространяла свою пропаганду) и понял, что это знак. На следующий день он уже подавал анкету. Чтобы вернуться куда должен был, чтобы вернуться домой.