"ЖАЖДА ЖИЗНИ" ❤️💵💀 Он был готов. Идеально отутюженный черный костюм висел в шкафу, а в кармане пиджака лежала, сложенная вчетверо, испещренная пометками речь. Трогательная, скорбная, полная высоких слов о светлой любви и невосполнимой утрате. Артур смаковал будущее: соболезнующие пожатия рук, сочувственные взгляды, крепкие объятия друзей, в которых он будет изображать стоическое горе, лишь изредка позволяя себе притворно-скорбную улыбку. Он терпеливо ждал этого дня. Ждал, пока рак медленно выполнит свою работу. Но жизнь, с ее подлой иронией, внесла коррективы. Ремиссия. Слово, которое врачи произносили с осторожным оптимизмом, для Артура прозвучало как приговор. Прогнозы становились светлее, жена, Лия, начала понемногу есть и даже улыбаться. А он стоял перед будущим, в которое уже мысленно вложил, теперь свой, будущий капитал. Её деньги, которые должны были стать его наградой, уплывали, как мираж. Поздно вечером он зашел в ее палату, оборудованную в западном крыле их особняка. Лия слабо улыбнулась ему. —Прими витамины, дорогая, — его голос был ласковым, как всегда. — Помогут восстановить силы. В шприце был не витаминный комплекс,а мощный сердечный релаксант, доза, превышающая максимальную в несколько раз. «Остановка сердца на фоне общей ослабленности организма — печально, но неудивительно», — мысленно репетировал он слова для полиции. Он ввел препарат. Лия вздохнула, почувствовав слабость. —Открой окно, душно... Он подошел к окну,сделал вид, что борется с форточкой, украдкой следя за часами. Смерть должна была наступить через две минуты. Но минуты прошли, а ее дыхание, хоть и прерывистое, не прекращалось. Паника, острая и холодная, кольнула под ребра. Ошибка в расчетах. — Поправлю подушку, — проговорил он, приближаясь. Его движения были резкими.Вместо того чтобы поправить подушку, он внезапно навалился на нее всем телом, вцепившись руками в подушку и прижимая к ее лицу. Она забилась, ее тело выгнулось в немой судороге, пальцы царапали простыню. Потом все затихло. — Сдохла. Наконец-то, — прошипел он, отступая от кровати и вытирая лоб. Он уже сделал шаг к ящику, прикроватной тумбы, когда за спиной раздался хриплый, надрывный кашель. —Черт! Да что же это такое?! — его крик сорвался с губ нечеловеческим воплем. Он вернулся. Его взгляд упал на трубку от капельницы. Не думая, он сорвал ее с держателя, набросил на тонкую шею жены и, повернувшись спиной, налег всем весом. Простыня и матрас намокли — женщина описалась. На синих губах выступила пена. —Обоссалась, сука, — шипел он, чувствуя, как ослабевают ее конвульсии. Тишина. Он проверил пульс на запястье. Ничего. Казалось, на этот раз все. Теперь нужно было действовать быстро. Он достал из ящика прикроватной тумбы ее телефон. Все ее состояние было привязано к биометрике. Он наклонился, приоткрыл ей веко. Сканер безжизненно смотрел в мутный зрачок, не реагируя. «Черт! — снова вырвалось у него. — Опять!» Тогда он вытащил из кармана перочинный нож. Работал быстро, методично, отрешенно. Кровь хлынула, заливая подушку и манжет его белой рубашки. Вырезанный глаз он поднес к сканеру. Датчик пискнул, подтвердив перевод. Миллионы теперь были его. Артур взял полотенце, пытаясь оттереть кровь с рук и телефона. И в этот момент услышал. Тихий, булькающий хрип. Звук, идущий из порванного горла. — Не может быть... — простонал он в отчаянии, оборачиваясь. На кровати, в луже крови и мочи, Лия смотрела на него. Одним глазом. Единственным, оставшимся в глазнице, полным немого ужаса и вопроса. — Ах ты сука! — завопил он, и разум его окончательно рухнул. Он схватил легкое, почти невесомое тело, подбежал к окну, распахнул его и швырнул в ночную тьму. Внизу раздался глухой, влажный удар. Он спустился по задней лестнице. На бетоне парковки лежала искалеченная, но все еще дышащая кровавая масса. Пульс под пальцами был слабым, нитевидным, но был. —Вот живучая тварь... — простонал он, не в силах больше терпеть. Он сел в свою тяжелую машину, завел мотор, медленно подъехал и наехал