Погружение О, нет! Только не это! - думала я про себя, заглядывая в тёмную морскую бездну через подводные очки. Все напутствия инструктора, которые на суше казались понятными и простыми, покинули меня сразу, как только я оказалась в воде с аквалангом. Страх окутал меня как вода, из которой я пока что торчала как поплавок. No! No! - это всё, что я могла сказать на английском инструктору, который, улыбаясь, приглашал меня нырнуть вместе с ним. Я продолжала мотать головой, как ненормальная, а он смотрел на меня по-доброму, будто звал маленького ребёнка просто посмотреть на рыбок. Вот только эти рыбки были очень глубоко, и смело нырнуть в недра моря для меня оказалось тем ещё испытанием. В какой-то момент я начала слышать голоса людей, которые на катере взялись меня поддерживать. Они ждали своей очереди, сами волновались перед погружением и активно подбадривали тех, кто решился нырнуть перед ними. Блин, Лен, ну, может рискнём? - настраивала и уговаривала я сама себя, пытаясь справиться с собственной паникой, которую, если честно, совсем не ожидала словить. Инструктор продолжал подмигивать и улыбаться, приглашая меня погрузиться хотя бы на несколько метров вглубь. Ну, была не была! - подумала я и медленно, растопырив от страха и любопытства глаза, поплыла за ним. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет. Я дышала так, будто совсем не умела этого никогда делать. Я опускаюсь на глубину! - я не верила своему счастью и собственной смелости. Инструктор, как рыба, перемещался в толщах воды, то и дело махая мне рукой, поднимая палец вверх. Сама не понимая как, я тоже подняла в ответ ему палец вверх и дала понять - я окей! Это погружение на глубину я бы сравнила с терапией, в которой я не раз погружалась в толщи тёмных, стыдных и, как мне казалось, страшных тем. Каждый раз терапевт мягко, бережно приглашала меня посмотреть в тёмные, глубокие воды. А я, рискуя и пугаясь, пробовала вновь и вновь честно посмотреть правде в глаза. Проговаривая вслух то, о чём было даже страшно подумать, я словно училась заново дышать. Раз за разом, делая глубокий вдох и выдох, я ощущала опору, словно за спиной у меня прочный запас кислорода. Этим кислородом в терапии стала правда. Ведь только опираясь на правду, мы способны уйти на новую глубину, в которой можно увидеть то, что невозможно увидеть, стоя на берегу. Ты рискуешь упустить правду, пока ты просто стоишь на берегу.