«Анастасия, прокомментируйте — Германия депортирует антивоенных россиян!» По интернету, как и в случае с покупкой документов у «помогаторов» в Казахстане, гуляет страх и ужас: страны специально отправляют тех, кто против войны, в лапы Путину. Изначальная статья манипулирует чувствами, выдавая системные ошибки людей и их адвокатов за политический заказ и зверства системы против активистов вперемешку с успешными кейсами. Посмотрим поближе: 1. Герой статьи приехал по турвизе, пытался сменить статус на фриланс внутри страны, получил отказ. За этим следует предписание на выезд, а потом — отсрочка депортации, в очередной раз в ее продлении отказали. Какая связь отказа во фрилансерской визе и антивоенностью — тайна, которую видимо знают только авторы статьи. «Черный фургон» и «полиция в штатском» нас, читателей, помещает в контекст ужаса, но у миграционной службы есть право проверять, не скрылся ли человек, если срок его добровольного выезда подходит к концу. 2. IT-специалист Иван, приехавший по турвизе, подавшийся на фриланс в тот период, когда эту возможность закрыли, два года продлевал отсрочку депортации, но ему «пришлось подать на убежище», которое одобрили за месяц. Почему Иван в статье под заголовком о «начале депортаций антивоенных россиян», я не поняла. 3. Студентка, которая жила в Германии 12 лет, в 2020 году перестала платить за учебу, истек паспорт, не продлила документы. Главные отсылки «чиновник обещал, что всё будет хорошо». Слова чиновника — не юридический акт. Тут же адвокат, который кормил мифами «депортации не будет из-за отсутствия прямых рейсов», что не имеет под собой никаких оснований. Как сугубо миграционная история относится к антивоенным взглядам; никакой подачи на убежище по взглядам не было? 4. Следующий герой получил статус беженца из-за антивоенных взглядов за полтора месяца. Давайте вместе с автором статьи ужаснемся, что интервью длилось 5,5 часов, и чтобы найти бесплатного адвоката, пришлось поискать по юридическим конторам. 5. Олег подался на беженство. Повесток не получал, не протестовал до отъезда, в изгнании вел себя осторожно. Суды сочли, что мобилизация сейчас не проводится, и герой статьи уже вышел из призывного возраста на срочку. При подаче на убежище человек должен доказать индивидуальный риск, будь то россиянин, грузин или турок. Впрочем, человека не выслали и даже не пытаются, пока рассматривается кейс его супруги, так что под название статьи это тоже не слишком подходит. 6. Проситель убежища приехал по турвизе, и после подачи получил временный документ не дающий право путешествовать, пока без права на работу. Общий порядок и общая процедура. В статье упомянуто волонтерство в штабах Навального и донаты ФБК, но не уточняется, когда имели место эти обстоятельства. Если до признания «экстремистами», но задним числом за донаты не привлекали. «Даже тоталитарное государство имеет право призывать граждан в армию» — увы, это не впечатляющая фраза чиновника, а положения конвенции: нужно доказывать, что в случае призыва человека могут принудить к совершению военных преступлений. О депортации ничего не говорится, видимо, пока идет обжалование в суде (где реально добиться изменения решения). 7. Следующий герой жалуется на то, что беженство — тяжелый процесс, но в конце таки легализуется и получает ВНЖ. Тут тоже не идет речь о депортации. 8. Парням с отказом в убежище приемному сыну с ДЦП, думаю, удастся оспорить отказ в суде, сына тоже не депортировали. Вперемешку с историями выше есть и реально тяжелый кейс, который надо решать системно — дезертира Георгия Авалиани. Мобилизованный, с уголовным делом, прошедший пыточные подвалы получил первично отказ с нелепыми аргументами, но пока «Прощай, оружие!» и другие помогают с обжалованием в судебном порядке. Ставить его в один ряд с просрочкой миграционных документов или долгим собеседованием стыдно. Один кейс все же относится к теме: здесь мы писали, как девушку с рисками депортировали до истечения срока, но силами разных органи