На днях в чате обсуждали глаголы кваситься и раскваситься в значении «болеть/заболеть». И почти сразу после этой дискуссии в журнале «Русская речь» вышла статья про глагол РАЗБОЛЕТЬСЯ — с куда более драматичной историей. 📚 В древнерусских летописях разболѣтисѧ — точка невозврата. Князь разболелся — готовься к некрологу. Болезнь всегда тяжелая, почти всегда смертельная. Глагол разболѣтисѧ фиксирует начало нового состояния и употребляется только с одушевленным подлежащим. 📚 В текстах XV–XVI вв. картина та же: разболѣтисѧ означает начало тяжелой, как правило, предсмертной болезни. Из 138 контекстов этого времени лишь единицы не оканчиваются смертью: Так, например, нечестивец Феодосий, выздоровев, раскаялся и полностью изменил свою жизнь: И встужиша людие... и начаша его проклинати, онъ же, слышавъ се, разболѣся того ради. Оздравъ бысть, и сниде въ келию к Михаилову Чюду въ манастырь, и приа разслабленаго старца въ келию, нача служити ему и омывати струпы его (Независ. лет. свод) ‘И люди опечалились и стали его проклинать, а он, слыша это, (тяжело) заболел по этой причине. (И когда) он выздоровел, то ушел в келью в монастырь Чуда (архангела) Михаила, и взял в келью парализованного старца, стал ухаживать за ним и омывать его струпья’. Это исключение, подчёркивающее правило: выздоровление возможно только как чудо или следствие полного духовного переворота. 📚 С XVII века ситуация начинает смягчаться. Разболѣтисѧ — всё ещё тяжелая болезнь, но уже не обязательно смертельная. В конском лечебнике, например, предписывается заговор, который показывает, что ситуация не безнадёжна: Коли разболитъца конь, во един дух напиши сия слова, не отдыхая: «_҃л_҃г_҃в_҃н_҃п_҃о_҃е_҃з». Да поцепи коню на шею на 3 дни ‘Если (тяжело) заболеет конь, за один вдох напиши эти слова, не выдыхая... И повесь коню на шею на 3 дня’. 📚 В XVIII веке происходит настоящая революция: у глагола впервые появляется неодушевлённое подлежащее. Теперь может разболеться голова или нога. Сам же человек в качестве подлежащего почти исчезает: глагол сохраняется только в исторических сочинениях о Древней Руси, в своем архаичном значении «начать смертельно болеть». 📚 И только во второй половине XIX века, начиная со «Скверного анекдота» Достоевского (1862 г.), разболеться с одушевлённым подлежащим возвращается в живой язык — но уже с новым значением: «начать болеть сильнее, впасть в более болезненное состояние». Так что, когда мы сегодня говорим «я совсем разболелась», мы даже не подозреваем, что наши предки вложили бы в эту фразу совсем другой — куда более мрачный — смысл. Глагол разболеться проделал путь от «преставился» до «оклемаюсь».