В Новосибирской области животных уничтожали без обезболивания. Как пишет издание «Такие дела», им вводили препараты, которые парализуют тело, но не отключают сознание. В таком состоянии сжигали тысячи животных. Всё потому, что в России нет препаратов для гуманной эвтаназии. «Я сейчас стою и плачу, как плакали люди, которые смотрели на убийство их животных. Мне звонили оттуда и спрашивали: “Почему, когда их сжигают, они кричат?”», — сообщила журналистам врач-эпизоотолог. Скот — это давно уже не про животных. Мы привыкли думать, что «скот» — это коровы, овцы, стадо, которое ведут на убой. Что это про фермы, ветеринарные нормы и «гуманное умерщвление». Нам даже объяснили, как это должно выглядеть: бескровно, по инструкции, с препаратами, от которых тело парализуется, сознание усыпляется. Чтобы не было «лишней крови», чтобы всё выглядело правильно на бумаге. Только вот есть одна деталь, о которой стараются не говорить вслух: парализованное тело не означает отсутствия боли. Это означает невозможность сопротивляться. И именно в этот момент становится понятно, что речь вообще не про животных. Скот — это про тех, кого можно: — обездвижить, — лишить голоса, — убедить, что так «надо», — и утилизировать под правильные формулировки. Когда пятый год подряд идёт "мясорубка" имени Яхве, когда счёт идёт на миллионы, разговоры о важном «гуманизме» выглядят особенно цинично. Потому что гуманизм работает только там, где он ничего не решает. Где он безопасен. А там, где решается судьба людей, включаются совсем другие принципы: не чувствовать, не задавать вопросов, не замечать параллелей. Сначала это применяют к животным — как к модели. Проверяют, насколько легко общество принимает «бескровное» насилие, упакованное в инструкции и термины. Потом границы стираются. И внезапно оказывается, что скот — это не те, кого ведут на убой. Скот — это те, кто не может (или уже не пытается) вырваться из этой логики. Потому что главный признак скота — не привязь и не стойло. А согласие быть парализованным, пока с тобой делают всё что угодно. В 2014-м году я написал небольшие заметки про Анатолия Клёсова и почему его теория не станет популярной и не возымеет эффект пожара: еще не время, поскольку это ударит по авторитету всей науки так сильно, что восстановить авторитет будет невозможно. Нужно переписывать всю историческую науку "шлёцеров и миллеров", где гои слезли с деревьев только благодаря жидовскому "просвещению", которую им принесли "кириллы и мефодии". Но ДНК-генеалогия показывает совершенно иную картину. К чему я это все пишу? Забой скота на просторах России идет полным ходом и пока двуногие уже ничего не чувствуют и парализованы страхом впрыснутым жидоиглой Шапиро под усыпления либегалов шульмановских-швондеровичей,— животные оказываются более человечными, чем мы думали: они сами себя не истребляют по выдуманным теориям: "нацизма в рамках СВО" — "специальной ветеринарной операции". Впрочем, есть же и замена: братушки-индусы и пакистанцы, коих 200млн голов душ можно завести в РФ без всякого ущерба для стран-доноров... Но это уже будет совсем иная история...! @poiskpravdy