Георгий Иванов Все неизменно и все изменилось В утреннем холоде странной свободы. Долгие годы мне многое снилось, Вот я проснулся — и где эти годы! Вот я иду по осеннему полю, Все как всегда, и другое, чем прежде: Точно меня отпустили на волю И отказали в последней надежде.