​​«Один адвокат, в молодости бывший помощником Ф.Н. Плевако, с восторгом рассказал мне такой случай. Судили священника. Как у А. Толстого: Несомненны и тяжки улики, Преступленья ж довольно велики: Он отца отравил, пару тёток убил, Взял подлогом чужое именье... И ко всему — сознался во всех преступлениях. Товарищи-адвокаты в шутку сказали Плевако: — Ну-ка, Фёдор Никифорович, выступи его защитником. Тут, брат, уже и ты ничего не сможешь сделать. — Ладно! Посмотрим. Выступил. Всё бесспорно, уцепиться совершенно не за что. Громовая речь прокурора. Очередь Плевако. Он медленно поднялся — бледный, взволнованный. Речь его состояла всего из нескольких фраз. И присяжные оправдали священника. Вот что сказал Плевако: — Господа присяжные заседатели! Дело ясное. Прокурор во всём совершенно прав. Все эти преступления подсудимый совершил и сам в них сознался. О чём тут спорить? Но я обращаю ваше внимание вот на что. Перед вами сидит человек, который тридцать лет отпускал вам на исповеди ваши грехи. Теперь он ждёт от вас: отпустите ли вы ему его грех? И сел». «Невыдуманные рассказы о прошлом» (В. Вересаев) #интересное