Константин Антонов заканчивал наше, еще отделение журналистики ФилФака Томского государственного университета. Но в отличие от нас, так и оставшихся дилетантами широкого профиля, Константин всегда учился и доучился. Стал доктором социологических наук. Его последний анализ ситуации в стране крайне неприятен для нынешнего начальства, но при этом объективен. Полный текст здесь. А сейчас самые пронзительные цитаты: В практической политологии последних лет широкое распространение получила концепция некоего негласного «символического договора» между правящей элитой и обществом… Звучит это так: мы вам даем возможность крепить свой материальный базис, льготную ипотеку, кредиты на автомобиль и стиральную машину, а вы не мешайте нам жить так, как мы хотим - с яхтами, голыми вечеринками, дачками в Ривьере… Сегодня эта система взаимодействий оказалась лишена стержневых, конструирующих принципов — справедливости, равноправия, уважения к человеку, солидарности. А ведь эти категории не являются абстрактными гуманистическими идеалами; для России они носят цивилизационно-детерминированный характер. Достаточно вспомнить, как и в каких условиях формировался русский народ как этнос. Физико-климатические условия (суровый климат всего лишь с тремя месяцами вегетации и переходом через ноль, отсутствие естественных горных и морских защитных барьеров, гигантские пространства еще ряд фундаментальных факторов) исторически формировали специфический тип социальности: 1. Отношения, построенные на принципах коммунитаризма. 2.. Культуру транзита и совместного освоения — когда выживание и развитие были возможны только через солидарность, а не через конфликт с инородцами. 2. Правила общежития, базирующиеся на принципах самоуправления и общинности. Российская элита… объективно заинтересована в демонтаже «российской архаики» — тех самых механизмов солидарности, самоорганизации и справедливости, которые исторически обеспечивали суверенитет страны. И именно этим можно объяснить совершенно алогичные, противоречащие традициям и ожиданиям российского общества, нарушающие социальный порядок и гармонию социальных взаимодействий последние решения и действия российской власти. Правящая группа освободила себя от всех этих социальных обязательств (пример тому – масштабная коррупция, кумовство, сословность) но попыталась втиснуть население в рамки этого порядка и стабильности, ограничив его в праве на справедливость, в доступе к публичной сфере и в самой возможности горизонтальной самоорганизации, требуя от него лояльности без встречных гарантий, солидарности без права на солидарность и дисциплины без институционально закрепленного уважения к человеческому достоинству. Однако коммуникативная революция (в частности, развитие независимых цифровых платформ) дала обратный эффект. Вместо унификации и европеизации социальной структуры новые технологии усилили великоросскую солидарность. И это стало неприятным открытием для правящей группы. Государство, стремясь защититься от «самодеятельности» масс, вынуждено было вводить ограничения. Однако население ответило «незримым» протестом: запреты в цифровой среде массово обходятся с помощью VPN и других инструментов, …ужесточение фискальных мер, контроля и ограничений в денежно-кредитной и налоговой сферах, ограничения мобильного интернета — и вот вам триллион рублей, перетекших в наличный оборот всего лишь за пару месяцев, да плюс к этому — серые схемы ухода от налогов. Массовое использование обходных механизмов — это не просто технический тренд, это форма протеста, не надо тешить себя глупыми иллюзиями. Это протест — и ничего другого! …правящая группа запустила механизм эрозии государственного института. …устойчивость режима определяется не количеством вооружений на параде, а качеством жизни граждан и доверием к институтам. Игнорирование внутренних разломов не устраняет их, а консервирует. Страна стоит перед лицом классической дилеммы, описанной китайскими реформаторами: партия теряет власть не тогда, когда враг силен, а когда исч