Унитарно устроенный политикум хорош там, где его поддерживает само по себе пространство власти, которое понимаем как сборку - в котором равноправными элементами выступают и т.н. "менталитет", и демография, и география и прочая прочая. Там, где само пространство помогает складыванию однородных практик власти; там, где выстроена консистентная система институтов управления и собственно сама власть хорошо институционализирована. Иными словами - там, где можно убрать трех подряд руководителей конструкции, и четвертый даже не сменит стратегии: потому что благодаря однородности система имеет длинную скамейку запасных со схожим образованием, управленческим опытом, капиталом связей. В оптимуме унитарная власть требует и достаточно компактной территории. Французам для своей однородности пришлось плотно возиться со своими окситанцами-корсиканцами, и так в принципе до сих пор не довозились (и деколонизация в этом ракурсе выглядит как УСИЛИЕ К КОНСИСТЕНТНОСТИ управляемого пространства). В России совсем иначе. Сложная география, сложная демография, очень разные и устанавливавшиеся больше столетия порядки власти в регионах (при этом каждая непродуманная административная реформа вдолгую только усиливает особость порядков властвования в разных уголках страны). Но самое главное - неоднородное напряжение пространства власти. Настолько неоднородное, что от силы к слабости и наоборот власть может двигаться в рамках одного политического режима, а иногда и в рамках правления одного человека. Поэтому одна из ключевых функций федерализма и составляющих его долгих властных конструкций - резервная структура организации политической власти, в случае политического кризиса в центре пересобирающая страну; выдвигающая политиков и политические силы, стоящие до времени на вахте и докручивающие общий АССАМБЛЯЖ властного пространства до рабочего состояния. Помимо нацреспублик как балансиров, тут много значат и крепкие "великоросские" регионы - но мы пока не готовы к этому разговору. При этом федерализм изначально заводился даже не как резервная, а как ключевая из несущих конструкций власти; переведшая государство РФ как пространство политической власти от формата "антипартийные выскочки в Белом доме" 1990 года к формату "успешно преодолевшее ряд кризисов, дееспособное государство" 1999 года. В этом плане неслучайно, что территориальное оформление государства - Федеративный договор - предшествует оформлению строя и системы власти (Конституция).