Когда у меня был первый кот, я столкнулся с очень большой моральной дилеммой. С одной стороны, я понимал, что это прекрасный маленький кот, которого нужно любить и беречь. С другой стороны, я его просто не любил. Я иногда умилялся ему, я с ним много играл, но я не любил этого кота. Мне было фундаментально насрать. Не надо меня в этом обвинять только, я уверен, вы многократно выступали против тезиса "стерпится, слюбится", не предавайте своих принципов. Я не знаю, любил ли я Чеснока, когда мы видели его на улице. Я думал, что он знак судьбы, это я точно помню. Я думал, что раз он нас выбрал и трётся о нас (а о других людей не трётся), то в этом есть какая-то мистика, которую нельзя игнорировать. Но я не уверен, что это была любовь. Любовь совершенно точно наступила в тот момент, когда после нескольких дней поисков мы наконец-то нашли его в знакомой аллее. Как он, прекрасно освещенный солнышком, побежал к нам через всю улицу и замяукал. Как мы кинулись к нему, как Маритина повторяла раз за разом "my love, my love". А еще любовь наступила, когда я увидел его окровавленную мордочку и испугался. И как я увидел нитки, торчащие у него из того места, где раньше были яйца. Бродячим котам, которых кастрируют и вакцинируют, отрезают кусочек уха, чтобы таким образом пометить их для будущих ветеринаров. У Чеснока однажды эта ранка на ушке закровоточила, где-то через неделю. В этот момент я тоже его очень сильно любил. Я понимаю, что испытывать любовь только к тем, кто страдает, это не совсем здорово и правильно. Но я также понимаю, что это естественно. Я хочу беречь Чеснока, защищать его от всех опасностей, не допускать, чтобы с ним повторились все те ужасы, которые он пережил до встречи с нами. Чтобы ему ранили носик, отрезали уши и удаляли яйца. Вместе с Чесноком я, по всей видимости, навсегда взял себе и чувство вины за то, что не забрал его раньше. Но положа руку на сердце, я не уверен, что полюбил бы его без этого чувства вины. Если и есть какие-то неисповедимые пути Господа, то мучения Чеснока как будто были его расплатой за то, чтобы я мог искренне и беззаветно полюбить животное. Всю жизнь я в этом смысла не видел, а теперь вижу. Хотя объяснить и не могу. Я люблю его и за другие качества: он очень умный, очень вежливый, у него прекрасный характер. Я уважаю его, я бы с ним выпил водки. Но это все рационализация для того таймлайна, где мы забрали его на пару дней раньше и из нас двоих его по-настоящему бы любила только Мария Кристина. Но в этом таймлайне моя любовь к Чесночку неразрывно связана с его страданиями. Хорошо это или плохо, не знаю. #кот