Планомерное и всячески облагораживаемое закручивание гаек со стороны отдельных ретивых государственных лиц вполне понятно. Посудите сами, который год идет война, какие нынче настроения в обществе и на фронте, что в стране с экономикой. И так далее и тому подобное. На таком фоне, фоне потенциальной кризисной ситуации, напоминающей некий гибрид 1917 и 1990-х, естественно, возникает некий инстинкт самосохранения. Наперед зачистить публичный дискурс и монополизировать контроль над разветвленной цифровой экосистемой, чтобы не допустить возникновения самостоятельного и проактивного центра силы. Дополнительный момент — огромные прибыли от продвижения «суверенных аналогов» и принудительного устранения недосягаемых конкурентов, а также повышение собственной политической роли за счет узурпации запрещалки. Вот только вряд ли плевки в лицо большинству лояльных граждан и действующих военнослужащих как-то помогут обломать рога желающим взять аппаратную среду на абордаж. Как показывает история, включая относительно недавние события, сверхмассивная госмашина чаще теряется в самый ответственный час, а нагромождение до этого запретительские конструкции лишь делает падение колосса более громким. Как ни парадоксально, пытаясь себя защитить, система, скорее всего, даже не осознавая, делает себе хуже. И только ускоряет достижение абсолютного паралича воли. Власть — во многом иллюзия. Она строится на убежденности всех участников процесса в том, что есть игра и внутри нее существуют правила. Проблема в том, что когда подрываются основополагающие постулаты, в эту иллюзию перестают верить. Сыпятся искры, крушатся империи. Продолжение в том же духе неизбежно приведет к первому камню от толпы в окно шерифа. А он, шериф, точно выйдет с большим револьвером и накажет негодяев? А если нет? Что тогда? Все хорошо, прекрасная маркиза, все хорошо…