По мере приближения выборов в Государственную Думу, усиливается давление на региональных журналистов. С недавних пор под замес попал самарский репортер Виталий Папилкин. На его примере расскажу, как работает механизм по “нейтрализации” инакомыслящих.  Накануне федеральных выборов усиливается активность “сеток информаторов” по нейтрализации оппозиции. Проводятся ежедневные мониторинги сети интернет в поисках оппозиционного контента. Ищут демонстрацию экстремистской символики: свастику, логотипы ФБ или Инсты. Упоминание политиков из списка иностранных агентов, экстремистов и террористов без надлежащей маркировки. Мемы про наркотики, ауе, лгбт и сатанистов, признанных экстремистскими организациями. Обновленные методички поиска регулярно спускаются из недр АП губернаторам, а те уже рассылают их по предвыборным штабам “Партии Власти”. Вы уже давно забыли, что когда-то публиковали фото радуги в любимом VK. А в мониторинг вы попадаете. С помощью специальных шпионских программ изучение ваших аккаунтов проводят на глубину нескольких лет публикаций, когда репрессивные законы еще даже не были приняты. Всех оппозиционеров сводят в единую таблицу, где в зависимости от политического веса, охвата в социальных сетях и ряда ключевых параметров окрашивают разноцветными маркерами. К примеру, политический спойлер будет окрашен зеленым цветом, ибо, он максимально управляем, а оппозиционный контент публикует исключительно ради маскировки внедрения в протестные организации. Желтым окрасят городского сумасшедшего, возни с которым много, но по факту он мало на что влияет. Красным окрашивают токсичных оппозиционеров, они наиболее опасны для системы (по ним и ведется основная работа).  В прошлом году Папилкин активно критиковал Губернатора и ряд других важных чиновников. После этого автоматически стал токсичным оппозиционером во всех федеральных мониторингах. Раз Папилкин на свободе, значит в архивах соцсетей юридически наказуемого контента найти не смогли (критика не в счет). Такое бывает. Начинается следующий этап… Наружка.  Чаще всего наружкой промышляют отставные силовики. Стоят они дорого. Ради экономии бюджета для этих целей привлекают специально обученных студентов из числа прокремлевских молодежных организаций. Фото-видео фиксация во всех ключевых деталях. Задачи наружки изучить логистику субъекта и ближайший круг общения, на который в дальнейшем может оказываться давление тоже.  Кто-то из преследуемых палится на поиске закладок, другие - на отоваривании в аптеке “полулегальных” рецептов сильнодействующих препаратов, к примеру, антидепрессантов. Третьи - на любовных связях. Четвертые - на непомерном употреблении алкоголя. Составляется психологический портрет субъекта, ибо, у каждого есть свои пороки: наркозависимость, алкоголизм, сексоголизм, ортодоксальная религиозность и т.д. Когда аналитический материал собран в необходимом объеме, в недрах областной администрации принимается политическое решение, как устранять токсичного оппозиционера: через силовиков, через ОПГ или через “спортиков”.  Алкоголика изобьют в баре, маскируя акцию политического давления под бытовой конфликт. Наркомана примут с весом. Спортсмену ЗОЖнику на футбольном матче “случайно” сломают колено. Ходока к чужим женам сольют ревнивому мужу. Спектр возможностей максимально широк, если есть политическое решение нейтрализовать оппозиционера.  Так что журналист Виталий Папилкин находится в незавидном положении - политическое решение по нему принято. Даже если он сейчас закроет рот и перестанет публиковать политический контент, вряд ли это убережет его от расправы. Репрессивный механизм запущен, и он по щелчку пальцев не остановится - слишком много согласований на верхах по нему сделано. Поможет только внутренняя миграция в какой-нибудь соседний регион, как это в свое время сделал активист Левого Фронта Григорий Оганезов. Ему вовремя “маякнули” накануне ареста.  P.S. А если разобраться, что такого плохого сделал Папилкин, что ему уготовил