🇮🇷 Иран: массовые казни за наркотики и при этом – «витрина» снижения вреда. Иран остаётся эпицентром глобального кризиса смертной казни за наркопреступления. В 2024 году власти казнили около 500 человек только по обвинениям, связанным с наркотиками, а почти половина всех казней в стране приходилась на наркостатьи. По оценкам правозащитников и экспертов ООН, в 2024 году Иран стал страной с самым высоким уровнем казней на душу населения в мире, причём значительная часть – за преступления, которые не подпадают под критерий «наиболее тяжких» по международному праву. Тенденция не останавливается. Только за первые три месяца 2025 года в Иране казнили не менее 106 человек за наркопреступления – это почти половина всех зарегистрированных казней за этот период, причём реальное число, вероятно, выше из‑за секретности и отсутствия официальной прозрачности. В первые пять месяцев 2025 года не менее 511 человек были казнены по разным обвинениям, из них около 244 – за наркотики, то есть почти 50%. В 2024 году на долю Ирана приходилось 79% всех известных в мире казней за наркопреступления. Всё это происходит несмотря на реформу антинаркотического закона 2017 года, которая формально ограничила применение смертной казни и на несколько лет сократила число наркоказней – с 400+ в год до примерно двух десятков, а тысячи приговоров были смягчены. Однако с 2020 года власти фактически «откатили» подход: число казней снова резко выросло, и смертная казнь снова используется как главный инструмент наркополитики, в первую очередь против бедных, мигрантов и этнических меньшинств. Парадоксально, но параллельно Иран остаётся одним из пионеров снижения вреда в регионе. Всемирная организация здравоохранения называет страну пионером крупномасштабных программ опиоидной заместительной терапии и обмена шприцев – на иранском опыте учатся другие страны Восточного Средиземноморья. В марте 2025 года ООН описывала работу выездных команд снижения вреда в южном Тегеране: они обеспечивают людей, употребляющих наркотики, бездомных и людей с высоким риском ВИЧ гигиеническими услугами, перевязками, доступом к метадону и направлениями на лечение. Особое внимание уделяется женщинам и другим уязвимым группам, а гражданское общество официально вовлечено в реализацию этих программ. В 2026 году региональное бюро ВОЗ снова подчёркивает: именно Иран первым показал, что масштабные программы снижения вреда – реальный инструмент борьбы с ВИЧ и гепатитами среди людей, употребляющих инъекционные наркотики, и именно этот подход постепенно распространяется на соседние страны. Но пока в тени этих успехов продолжаются массовые, часто секретные казни за наркопреступления, которые нарушают как международное право, так и собственные законы страны. Для адвокации это важный кейс: даже там, где развёрнуты сильные программы снижения вреда, репрессивная наркополитика и смертная казнь сводят на нет достижения в области общественного здоровья и прав человека. История Ирана – напоминание о том, что реформы в духе «health and rights» невозможны без отказа от смертной казни за наркотики и пересмотра всей карательной логики «войны с наркотиками».