Желание замутить всемирную междоусобицу и стричь дивиденды на руинах государств и горах трупов — откуда это у англосаксов? Пираты, хорошо; но мало ли всяких пиратов. Даже и захвативших власть. Очень просто: англичане стали гегемонами по результатам «наполеоновских войн» — общеевропейского замеса планетарного масштаба. С учётом толщины тогдашних государств, оно было как бы не покруче мировых войн ХХ века. Во Франции средний рост призывников снизился на 10-15см(!). Выбивали возрастами. А англичане пересидели на острове. Были неприятные моменты, но в целом наблюдали со стороны и подбрасывали дровишек в костёр. А то и плескали керосинчиком на угли. В 1914-1917, в общем, тоже. Как и в 1854. Как и в 1848 — на континенте мировая революция, а на Острове тишь да гладь, да Карл Маркс. Туда же 1870-1871. За столетие паттерн успешных действий закрепился намертво. Всё понятно, «разделяй и властвуй»; но у той же Франции были и другие инструменты. России так и вовсе был выгоден всеобщий мир (как сейчас Китаю). Англичане же даже у себя дома не сделали нормальную витрину. Почитайте «Бездну» Джека Лондона про лондонские трущобы 1900-х. Американцы с мировыми войнами в Европе заразились и, имея первосортные ресурсы и огромную массу государства, решили отыгрывать паразитов. Похоже, во внутренней политике тоже — смотри пассаж Дмитрия Евгеньевича про американский ВПК на последнем стриме.