а есть ли мальчик возраст?.. по возвращению из азии меня понесло в московскую ресторанную эстетику. вчера я, нарядная и в серьгах, завтракала с давней подругой. моя подруга — девушка деятельная, у нее следующая неделя вся расписана. у одноклассницы свадьба, у однокурсницы бэби-шауэр, у коллеги свой праздник — внучка родилась. я сначала решила, что она рассказывает про три разные возрастные категории, но нет, всем плюс-минус по сорок три-сорок четыре. меня замкнуло, и праздная любопытствующая мысль пустилась в самые сложные рассуждения. если отмотать лет на тридцать назад, картина была предельно понятной: к сорока пяти ты уже, в лучшем случае, с внуками. в худшем — тоже с внуками, просто без удовольствия. всё линейно — школа, институт, замуж, работа, ребёнок, дальше по списку. а мы, дети 90-х, оказались на стыке сдвигов тектонических плит с этими линейными установками из детства, но с витиеватым, как стихи символиста, контекстом. вот и окружает нас странная, но живая каша. одна рожает первого ребёнка, вторая становится бабушкой, третья бросает блестящую карьеру и идёт учиться заново, а четвёртая вообще уезжает в другую страну. и попробуйте любой из них сказать: «ну всё, тебе пора успокоиться». можно рискнуть, но, скорее всего, вас пошлют так далеко, что вы заодно расширите географию своих представлений о мире. честно говоря, правильно сделают. в этом месте можно завести старую шарманку про «потерянное поколение», «размытые ориентиры» и прочую древнерусскую тоску по временам, когда всё было понятно. но вообще не факт, что «понятно» — это то же самое, что «хорошо». раньше сценарий был един, теперь внутри одной жизни легко помещается несколько. все эти привычные классификации — кто в каком возрасте что «должен» — сдохли где-то в прошлом веке, и у каждого своя траектория. кривая, иногда с петлями, иногда с разворотами на сто восемьдесят, но зато своя. а раз общего маршрута больше нет, значит и чужое “тебе пора” ничего не значит.