У меня есть ряд важных тем, на которые, конечно же, сложно писать. И каждый раз я сажусь на ноутбук и думаю: так, как бы быть тут честной, при этом сильно никого не задеть, но сделать так, чтобы до сердец дошло. Наверное, не все знают, но, кроме того, что я живу в деревне, развиваю Непростодом, участвую в проекте, связанном с детьми, принимаю людей на гостевые визиты, я еще работаю с людьми. Примерно в течение двадцати последних лет. Я не могу назвать это психологической работой, у меня сейчас вообще сильно изменилось отношение к психотерапии. Если еще 5-10 лет назад прогрессивная часть населения яростно ринулась терапиться и прорабатывать травмы, то сейчас становится все виднее, что психотерапия в чистом виде не работает. В моем окружении много людей, которые годами находятся в терапии, за это время они все про себя узнали и разобрали устройство своей личности и психики по косточкам. Но структурно их жизнь не поменялась. Многие из них за это время даже не перешли в другую фазу взросления. И вот такие люди приходят ко мне. Запрос их звучит примерно так: «у меня вроде бы все неплохо, но мне при этом невыносимо». Дальше идет духовно-психологический «анамнез». Терапия? Да, была, 7 лет. С разными специалистами, в разных направлениях. КПТ, гештальт, транзактный анализ. Танцевально-двигательная? Да. Полевые расстановки? Да, были, много. Гипнозы? Угу, ходили в прошлые жизни. Ретриты, випассаны, холотропное дыхание. Астрология, нумерология, таро. Медитации. Медитации. Медитации. Этот список у кого-то очень большой. У кого-то поменьше. Но зачастую это все никакая не работа над собой, а духовно-психологический интертеймент по расписанию между офисом и спортзалом. И до какого-то возраста, примерно до сорока лет, все это может очень хорошо работать, отвлекая человека от действительно важных задач, которые по жизни хорошо бы выполнить, чтобы не было так мучительно. Но потом, почему-то, становится невыносимо. В этом месте сейчас у той же «прогрессивной» общественности принято пить антидепрессанты. Сообщаю: они не помогут тоже. Потому что работа со своей жизнью и судьбой требует определенного уровня тревоги и чувствительности, которые препараты глушат и запаковывают в целлофан. Как розу на 8 марта. Красивое, но мертвое. Что делать в этой ситуации. Ну, во-первых, ужаснуться текущему положению вещей. Перестать думать, что вы хороший зайчик, с которым несправедливо обошлась жизнь. А потом прикинуть, что в запасе у вас есть еще время, за которое можно что-то сделать и что-то изменить. Не с помощью психотерапии — она вам уже не помогла. И не поможет. Мир уже в другой точке. Тот поезд уже ушел. Прийти к мечте, где вы, роскошного вида, восседаете на яхте в Дубайске, попивая Вдову Клико, — не получится тоже. Придется как-то переорганизовывать мечты. Вообще, работа с собственной судьбой — сложная, а чаще всего мучительная. Чуда за вас никто не сотворит, но может активно в нем поучаствовать. И выглядеть все будет совсем не так, как в сказке. Хотя, может быть, как раз именно так. Если вы на грани, если потеряли цель и смысл, если не понимаете как жить дальше и как выбраться из того, куда угодили. Если вам страшно, невыносимо, депрессивно и безрадостно. Приходите. Иногда моя работа выглядит как онлайн встречи. Иногда как офлайн. Я там обычно Баба-Яга. Высоко сижу, далеко гляжу. Ну, или глубоко. Этой весной силы есть еще на сколько-то человек, в зависимости от сложности задачи. Летом буду заниматься подрастающим поколением. Успевайте, мои хорошие.