«Прекрасные глаза твои!» Она слаба была в дебюте, Хотя видала разные бои. Игриво начиная он в салюте Пошёл «Дэ два, дэ чЕтыре!» Его стандарт В теории любви не авангард, Но лондонский туман пленитель, Сердец девиц большой целитель. Открытый, честный, не гамбит. Коварностью не часто начиная, Флиртуя аккуратно, зная, Что сердце девушки дрожит, Он улыбается, ей руку гладит, Но вечером за талию он схватит. События не будем торопить. Рассказывать в стихах и рифмах, Люблю боготворить Свидания в шахмАтных афоризмах. Великолепная старстей игра! Нам встреча первая дана одна. Да, на доске, как в жаркой переписке, Как с прикосновением, есть риски! Но на войне и на любви все средства хороши. И вызвав девушку на первый танец, Наивный, знойный чужестранец Сказал себе «Её ты рассмеши, Спроси, в котором темпе ей комфортно, Держи себя высокосортно!» Аш семь аш шесть она пошла… Он ждал игры, ответной лести, Борьбы, очарований до бела! «Давно играла я в одном уезде, Серьёзных партий не вела. Но по судьбе в больницу я легла. Признаюсь, страшно мне немного. Тревожит прошлое убого.» Вздохнул, но не уныл наш академик. «Я робкость знаю, понимаю, Но партию, я всё же продолжаю.» Любовных игр вечный пленник Он пешку взял, вернул ей ход, «Дэ семь дэ пять,» помог он «Вот!» «Ах расскажите про себя! Чем грезите, и чем живёте?» Он руку взял её любя, Тревогу девичью держа в почёте. «Я изучаю древний мир, Играю музыку и пью кефир.» Он пульс её своей ладонью чуткой Прочёл, и поразил вульгарной шуткой. «С Вами приятно, интересно,» Хихикнула в ответ она, Но показалась холодна. И академику вдруг стало пресно. Как специй пламени любитель Хотел острот наш чувственный учитель. Для зорких хипстеров тела не врут. Краснеют щёки, сердце бьётся, Но слов о страсти губы не дают. Он думает «Когда ж она проснётся?!» Доцент собрал красивые слова, «Стоит открыться мне, пора!» Коня Джобавы он поставил Сказал «По юности лукавил, Теперь люблю быть я честней. Пойми желанья тела моего, Княгиня! Расправьте крылья, Вы - Богиня! Люблю слова погорячей В свой адрес тоже, как романов страстные тираны, При этом трахаться, как обезьяны! Хочу ошейник Вам надеть. Вам интересно ли такое? Вашу красу хочу пропеть, Хлестать Ваш зад своей рукою!» И тихо «да,» шепнув она, Аш семь аш шесть опять пошла. О горе, боги, почему же! Ну как становится ведь хуже, Когда она «да» говорит, Но неумело добавляет И очень медленно шагает, Не зная, как она томит. Учтивый, вежливый, галантный Он улыбнулся элегантно, Но руку дамы отпустил. Учить основы романтизма Желанья нет, и нету сил Ему от девушек нужна харизма. В свой адрес комплимент в итоге получил. «Как ты высок!» Он это оценил, Когда на выходе из бара За талию он взял её в стиле гусара. И нежно наклонившись к ней, Уверенно и мягко на губах… Щеку почувствовал. Ох ах! Вздохнул и не писал он больше ей, Сказав, ему было приятно, Но, откровенно, не было всё складно. Листать пошёл опять домой Анфасы, профили и selfie. Язык сердец бывает непростой, Но говорить на разных языках не healthy. Мудрейшие советы знатоков Он знает: «Будь готов, Не все Онегина читали в детстве, Не в шахматы играли в малолетстве. Баланс тяжёлый непростой: Принятие, любовь, страсть и стабильность. Твой поиск это инфантильность! Превыше жара всё-таки покой.» Но знать себя важнее этого завета. Стабильность пламени - вот цель поэта!