Оглянулась назад и спросила себя: а что нас вообще тогда удержало? Во-первых, мы с мужем не пытались быть идеальными. Мы просто были рядом. Настоящие, уставшие, иногда злые, иногда молчаливые. Но в одной команде. Через два месяца появилась сиделка, приходила в будни, и это было таким счастьем. Родные и близкие поддерживали по мере возможностей. Кто-то приезжал посидеть с Галиной Ивановной, кто-то поддержал рублем. Денег нужно было больше, чем можно было предположить. Одна поездка (такси -перевозка) стоила около 8 тыс.руб. А иногда в неделю из было 2. Памперсы. Лекарства. Врачи. Исследования. И каждый день новые вводные данные. Новая серия. Во-вторых, мы старались заботиться о себе и друг друге: сон, личное пространство, две тренировки в Центре Бубновского. Когда тело работает, голова выдерживает больше. Даже 15 минут тишины - это уже маленькая перезагрузка. Если вы живёте рядом с больным человеком, ваше тело тоже в стрессе. О нём нельзя забывать. Очень помогли люди. Родные, близкие, друзья. Мой партнёр по работе с ИИ, Николь Котельникова, не просто «вошла в положение». Она брала на себя задачи, когда я срывала договорённости. Говорила, что ей ценно со мной и хорошо. Это удивительно. Мы много разговаривали с врачами, искали варианты, задавали вопросы. И благодарили. За все. И ещё - каждый день мы видели что-то хорошее. День без ухудшений. Солнечный луч. Спокойный вечер. Вкусный кофе. Добрая новость. Красивые сугробы. Сейчас я глубже понимаю тех, кто живёт рядом с тяжело больным человеком. Это смесь самых разных эмоций: выгорание, жалость, вина за усталость, гнев и раздражение, чувство безысходности. Чуть позже я осознала, что все это также грани любви. Нам уже лучше. Сон у меня пока не восстановился полностью. Бывает, просыпаюсь среди ночи от картин, которые мы пережили, и тело как будто всё ещё «на дежурстве». Если у вас есть рабочие способы восстановить глубокий сон после длительного стресса - поделитесь в комментариях. Это правда важно.