Кроме 22 коренных семей, в Коряках имеются 6 семей переселенцев. Количество их все увеличивается. Колхоз строит в этом году на отпущенные государством деньги 20 домов целую улицу для новых переселенцев. В прошлом году в долине Авачи впервые была посеяна пшеница. Когда она заколосилась, и стар, и мал ходили смотреть, «как хлеб растет», - отродясь не видали... Наступает вечер. Лают привязанные к кольям ездовые собаки. Возвратились с рыбной ловли два бата (лодки, выдолбленные из целых бревен). Четверо рыбаков за полчаса поймали с полтонны серебряных гольцов. Плотники, строящие дома переселенцам и здание почты, закончили трудовой день. Все собираются на площади, перед магазином АКО, и начинается беседа, одна из тех, какие часто возникают на завалинках в наших селах. Старик - охотник Михаил Никитич Слободчиков вспоминает сорок лет своей охотничьей жизни, и в его рассказах встает во всем своем своеобразии и богатстве этот щедрый край. Охотник рассказывает, как чернобурая лисица, бродя по берегу моря, подбирает выбрасываемую на берег всякую всячину, как заготовляет себе рыбу медведь, как орлы истекшей зимой растерзали 26 пойманных в капканы лисиц... Мы-на дому у председателя колхоза. Дом его просторен, как и все местные здания. Очень чисто, белые скатерти, вышитые полотенца, городская обстановка, хотя все делалось собственными руками, даже доски пилились не на лесопильном заводе. Одежда и многие предметы домашнего обихода куплены в магазине АКО. Швейная машина, радио, достаточно книг. О прошлых временах. когда на Камчатке хозяйничали иностранные скупщики пушнины, напоминает только американская керосиновая лампа - квадратная, с широким, не нашим, стеклом. На столе - рыба, любимая еда, и чай. Хозяин дома никогда в жизни не был на материке. И он, и его жена долго расспрашивают нас о Москве, до о Сталине. За несколько лет страна социализма приобщила этих людей к культуре, к новому колхозному строю жизни. И. ЭКСЛЕР, спец. корр. «Известий». КАМЧАТКА, село Коряки. Май. Известия,6 июня,1939 г.