Старые друзья Одна из традиционных экскурсий по острову посвящена скитам монастыря. И, конечно, мы с группами неизбежно заходили в эти скиты и осматривали их насколько это было возможно. Один из этих скитов, Коневский, совсем маленький, и в девятнадцатом веке строился как отшельнический: в уединённом и очень живописном местечке на берегу трёх озёр стоит небольшой деревянный храм и домик-келейка на одного-двух монахов. Сейчас, конечно, сложно назвать этот скит отшельническим, потому что ежедневно через него проходят толпы людей, но живёт там и сейчас всего один монах. В первый год моей работы на острове как раз закончились работы по восстановлению скита, храм освятили, а в домике-келейке поселился отец Никанор. Отец Никанор был строг и суров. Он был высокого роста, с военной выправкой, сухопарый, с крупными чертами лица и длинной бородой с проседью. Шумные туристы несомненно нарушали его покой и ему это совсем не нравилось, но он смирялся насколько мог. В его обязанности входило показывать туристам храм, и это ему тоже не нравилось. Ему вообще не нравились туристы. Паломнические группы он привечал и даже мог сам что-то рассказать и показать, туристам же доставалось. Если он видел туристическую группу, то сразу хмурился и впускал в храм лишь тех, кто был подобающе одет, да еще мог и прочитать краткое наставление, больше походившее на ворчание. А иногда и вовсе не выходил открыть храм. Подходя к Коневскому скиту в туристической группой, я всегда немного напрягалась. В каком настроении отец Никанор? Выйдет ли он открыть нам храм? Будет ругаться и ворчать или нет? Один раз у меня в туристической группе оказался мужчина лет шестидесяти, он сказал, что где-то тут на Валааме среди братии живёт его знакомый, монашеского имени он не знает, но кажется, тот живёт на Коневском скиту, и ему очень бы хотелось с ним повидаться. Я ему ответила, что скит мы будем посещать, а вот удастся ли пообщаться с насельником, я не знаю. Когда мы пришли в скит, отец Никанор не вышел и храм туристам открывать не стал. Я рассказала всё о храме у входа и нам нужно было уже двигаться дальше. Но как же быть с тем мужчиной? Искать отца Никанора? Как он отреагирует? А если это вообще окажется не тот человек? Но помочь хотелось, и, оставив группу фотографироваться у скитского храма, мы вдвоём направились к домику отца Никанора. Я постучала в дверь, готовая принять на себя весь гнев человека, в личное пространство которого бессовестно вторгаются. Строгий инок отворил дверь и, увидев того мужчину, превратился вдруг в совершенно другого человека. Радостно восклицая он бросился его обнимать, попутно сообщая мне, что это его сослуживец, с которым они не виделись уже несколько лет. Он тут же пригласил его остаться у него отобедать, в перед этим в том же приподнятом состоянии духа, вышел к моим туристам, открыл храм, пустил туда всех, не гладя, кто во что был одет, и даже сам провёл небольшую экскурсию по храму. После чего его друг остался в домике, а мы с туристами невероятно довольные отправились дальше по маршруту. Отец Никанор уже давно живёт в другом месте, но домик, в котором он тогда жил, так и остался для меня напоминанием, как важно человеку иметь "своих" и как вмиг может преобразить встреча со старым другом, кого угодно, даже сурового инока. #историиодногоострова