Когда россиянин принимает решении о покупке приличного, например европейского, автомобиля, он автоматически становится донором государственного бюджета. Покупка оборачивается не просто тратой на машину, а обязательной передачей государству суммы, которая часто равна одной, а то и двум-трем стоимостям автомобиля. Всё это подаётся как забота об экологии и будущем планеты. На деле — классический механизм изъятия денег у населения под благовидным предлогом. Схема по изъятию денег у россиян носит всем известное название - утильсбор. Самый свежий и наглядный пример — новый Mercedes G63 AMG. Утилизационный сбор на него составляет около пяти миллионов рублей. При этом реальная физическая утилизация того же автомобиля стоит примерно 12,5 тысячи. Разница почти в четыреста раз. Именно столько государство требует «за экологию» с одного покупателя. Независимые исследователи провели «контрольную закупку» реальной утилизации и получили ожидаемый, но от этого не менее шокирующий результат. Процесс не менялся десятилетиями: с машины сливают технические жидкости, снимают проводку, прессуют кузов в металлолом. Всё занимает считаные минуты. На выходе — только цена лома. Ни сложных технологий, ни специальных мощностей, ни многомиллионных затрат. Для сравнения: Haval Jolion утилизируют за 7,6 тысячи рублей, старую «семёрку» — за 5,2 тысячи, Geely Monjaro — за 8,6 тысячи, пятидверный Exeed VX — за 8,8 тысячи. Даже с учётом эвакуатора, который владельцу приходится оплачивать самому, общие расходы на настоящую утилизацию остаются в пределах разумного. Получается абсурд: сбор, который якобы должен стимулировать правильную переработку, на практике приводит к обратному. Старые машины годами гниют во дворах, потому что их владельцам проще оставить их ржаветь, чем платить огромные суммы за «утилизацию», которая на самом деле ничего не утилизирует. Экология при этом только страдает. По своей сути утильсбор давно перестал быть экологическим инструментом. Это классический защитный тариф, направленный против иностранных автомобилей, а заодно выполняющий функцию пополнения дефицитного бюджета. Чем дороже и качественнее импорт, тем выше барьер. Цель простая — удержать на плаву отечественный автопром, в первую очередь АвтоВАЗ, который без таких подпорок давно бы ушёл в историю. Одновременно сбор отлично работает как источник пополнения бюджета в условиях хронического дефицита. Население здесь выступает в роли новой нефти: стабильный, предсказуемый и практически неиссякаемый ресурс. Минпромторг в этой ситуации предпочитает молчать. Ни одного внятного объяснения, почему сбор в сотни раз превышает реальные затраты, почему он не решает проблему брошенных автомобилей и почему страдают именно те граждане, которые пытаются купить нормальную технику. В конечном итоге вся конструкция выглядит как откровенная перекачка средств от миллионов обычных людей к узкому кругу заинтересованных лиц и структур — от автозаводов до государственного кошелька. Россиян через принуждение заставляют финансировать неэффективную промышленность и закрывать бюджетные дыры. Политический смысл очевиден: государство предпочитает не развивать конкуренцию и не создавать условия для нормального автомобильного рынка, а просто брать деньги там, где они ещё есть. Пока есть люди, готовые покупать хорошие машины, будет и утильсбор, который делает эту покупку в разы дороже. Экология здесь — просто удобная ширма. Пропагандисты оправдывают происходящее, просто заявляя: «Можно же просто купить автомобиль АвтоВАЗа». Россияне в ответ задаются вопросом: «Можно, а зачем?». 𝐄𝐊𝐎𝐍𝐎𝐌𝐈𝐒𝐓𝐈𝐊𝐀