Думаю о том, как интересно, что на первом приеме Эбби говорит Нилу: «Нил, я работаю с командой Лисов. Вы все не в порядке. Что бы ты там от меня ни прятал, вероятнее всего, я видела кое-что и похуже» А потом он снимает футболку — и она всё равно замирает Да-да, ранения Нила ужасают, как минимум потому что никто не должен переживать такое количество физического насилия, пренебрежения целостностью своего тела, конечно Но что насчёт Эбби? Еще до того, как карта кожи Нила открылась для неё, она искренне думала, что среди лисов видела и похуже Ваймак сломал бедро всего пару лет назад, познакомился с Эбби, а после притащил ее за собой в команду. Что такого она успела увидеть за эти пару лет? Наверняка это изломанная татуировка Рене, неровно перетекающая на открытое плечо и плохо зажившая. Это и следы жестоких драк, разбросанные по бледной коже, и наверняка задокументированная в медицинской карте история насилия, которая так не вяжется с мягкой улыбкой и прямой спиной девушки перед ней Может быть, это синяки и мозоли на теле Дэн, то и дело появляющиеся из-за работы, на которую никогда не должна была быть допущена несовершеннолетняя девочка Это точно мелкие шрамы и царапины Сета, полученные во дворах и уличных стычках, зазубрившие его; следы от уколов, перемешанные со следами чего-то, из-за чего ему выписали антидепрессанты и записали в сложные подростки Это практически чистая кожа Ники, но его содранная кутикула и обкусанные ногти, его нервный взгляд, всегда готовый к защите, когда она всего лишь спрашивает его о наличии заболеваний и берёт кровь на анализ Конечно, это шрамы Эндрю — асоциального и жестокого ребёнка, признанного опасным для общества, под завязку набитого легальными наркотиками, качающего ногами и болтающего без умолку, пока его руки истерзаны им самим до самых локтей, потому что для себя он намного опаснее, чем для общества — ах да, как грубо думать, что Эндрю не смог бы убить кого-то, будь то он сам или кто-то еще! О, Эбби, брось переживать о том, чего он всё равно не делает с собой уже много лет Ей приходится постараться, чтобы скрыть реакцию, когда он вздрагивает от прикосновения и нажатия слишком долгого из-за того, что она не может сразу найти вену После приёма с Эндрю становится легко различать близнецов по одному только взгляду, но еще проще, когда она видит совершенно другие шрамы на теле Аарона — тот что нормальный, счастливчик из близнецов — следы от случайного стекла, пятна выцветшей кожи от постоянных синяков в одних и тех же местах, неровности от мелких плохо сросшихся переломов и от всего, чего женщина, которая будто бы выбрала его из двоих, не должна была допустить Это идеальная кожа Эллисон — ухоженная, шёлковая, приглаженная автозагаром. Это её торчащие рёбра, её пережатая от слишком тесного белья кожа, её раздражение от бритья там и тут, потому что она обязана быть идеальной, а идеальные женщины в её представлении — это фарфоровые куклы Это давно зажившие следы от уколов у Мэтта — и снова раздражённые в тех же местах, тем спидболом, что он принял теперь, спустя годы мнимой завязки Наверное, самым страшным она считала бы кости Кевина, торчащие из его ладони, пока он панически умоляет не отвозить его в больницу, готовый лишиться руки, если это означает конфиденциальность. Кровь Кевина на пальцах Эбби, рваная кожа под её резиновыми перчатками, неспособными передать хотя бы каплю тепла и спокойствия полубессознательному ребёнку перед ней, перед женщиной, которая не особо раздумывая взяла на себя ответственность за то, чтобы ладонь юного сына экси снова могла функционировать Конечно, после этих насыщенных нескольких лет Нил не показал бы ей ничего нового, будь он обычным потерянным беспризорником — Нилом Джостеном — с самого начала Не повезло