Вообще, у Никиты Михалкова действительно получилось объединить в себе трагичность обоих номенклатур — царской и советской. Если советская у него есть по факту рождения, то к первой он активно пытался примазаться через всё своё творчество и продолжает сейчас. Помню, я фоном слушал какое-то видеоэссе про него, где его политические пертурбации, который он выражал через кино и через рот объяснились его аристократичностью. Что, мол, его снобистский и надменный взгляд на народонаселение и всё остальное объясняется тем, что Россия для него не родина, а домен. Думаю, если бы он это услышал, он был бы польщен. В тех же Утомленных — личные трагедии на фоне поиска баланса между новой/старой властью бла-бла. Солнечный удар, то же самое, только похуже. А в вопросе вины ни слова, финалы — это какой-то символический пейзаж, после которого зритель должен грустно вздохнуть, а не злиться. Я думаю, все гораздо более политизированы, чем кажется. И такая намеренная фиксация на бытовых драмах при очевидном желании политически высказаться — какое-то жалкое себялюбие, а не властная отстраненность. Я думаю, Россия для него не вотчина, но что-то вроде надела, с которым ты не особо знаешь, что делать. Это относится и к остаткам РИ-эмиграции, которые дают интервью Понасенковым и информация о которых доходит до рядового зрителя в абсолютно неполитизованном виде, вроде видосов Old-fashioned Russian speech из интервью сына Шаляпина и к советской, которая пока не сделала ни одного коллективного и стабильного заявление, на которое можно было как-либо отреагировать. Я про Михалкова мало думал, то, что я у него видел -- мне нравится, но как о настолько собирательной и говорящей фигуре — нет.