Вечер дня перед первым вылетом этого года обещал быть томным. Подруга, что нетерпимо ожидала гаданий на таро, согласилась даже подняться ко мне на 22 этаж. Ижевск в тот час с высоты 85 метров лежал на тарелочке, как аккуратно разрезанный торт. Очередной вялый приступ зимы принес с собой еле заметную метель и похолодание на пару градусов. Такой теплой зимы город еще не видывал. Халтура небесной канцелярии. Не чистая работа. Улицы, однако ж, были покрыты селедочного цвета серебром и уверенности водителям не добавляли. Я открыла бутылку красного, что стояла которую уж неделю початой в холодильнике и сообщила, что пить много не станем, ибо карты не терпят градуса. Налила себе идеологически выдержанную дозу в бокал модели «Бордо» и принялась искать колоду. Как назло она просто исчезла. Я перерыла все ящики, даже заглянула на пыльную полку между Агатой Кристи и Адамом Смитом. Искала под сушеным манго в шкафу и пришлось залезть в свой ридикюль Шанель: там в кармане под молнией иногда я прятала свое guilty pleasure. Колоды не было. Пришла жиденькая мысль отложить сеанс, но ее оформление после 150 мл красного оказалось, конечно же, убогим и неубедительным. Пришлось отложить, да и горящий глаз приятельницы не оставлял шанса на другой исход. Начали искать. В процессе я все пытала товарку: какой такой гешефт ее возбудил на гадания. Человеком она была рациональным и не производила впечатления записной простушки. Она томно ходила по комнате и вещала громким печальным голосом белого медведя в теплую погоду о переживаниях души и о том, что я не понимаю ее порывов. Что мне следовало бы иногда перестать быть конторской крысой и быть чуть человечнее. Я молча кивала и продолжала поиски. Тихий вечер грозил закончиться страданиями и воем на болотах. В какой-то момент, я от усталости и уныния присела за стол пригубить красного. В конце концов, не похороны микадо, можно и градус повысить. Подруга уже наливала третий бокал, заламывала руки и прилюдно страдала. Я искренне надеялась, что идея себя изживет и мы просто можем закончить. Все решилось внезапно. Утомленные бесплодными поисками, мы одновременно потянулись к тарелочке с мандаринами, чьи золотые брюшки были положены на алтарь нехитрой закуски и вдруг увидели ЕЕ Молчание в последнем акте Ревизора не было таким оглушительным. Мы взглянули друг на друга, потом на нее. Слышно было, как включился винный шкаф, сообщая о понижении температуры до 6 классических градусов для вина. Слышно и занозу соседа, что включил свою вечернюю дрель. Давал, по всей видимости, сегодня Кармен. Звуки были ритмичные и настойчивые. Подруга издала зычный зов павлина перед самкой и истово хлопала в ладоши, как первый секретарь на заседании райкома. Вечер продолжился. Расклад пошел один за другим. На цветных картинках приятно отдыхал взор. Мы с подругой занимались не богоугодным делом и зарабатывали себе льготный билет в ад. Гадание, ясное дело, не в списке основных грехов, но по головке за это перед вратами апостолы точно не поглядят. Гадали набело, конечно, уже по руке. Но это совсем другая история..