Швеция нервно курит в сторонке. Вчера перед сном листала ленту и наткнулась на новость: в Швеции теперь по закону владельцы кошек обязаны обеспечивать своим питомцам ежедневное социальное взаимодействие. Мол, кошки, оказывается, страдают от одиночества и стресса без человеческого внимания. …Покивала, отметила про себя «какие молодцы шведы», убрала телефон — и провалилась в сон. В полумраке комнаты над столом горела только настольная лампа. В её круге света — Тося в маленьких очках и суровый дядька в мантии. Всё остальное тонуло в темноте. Она тычет лапой в какие-то бумаги и строго так говорит: — Адвокат, зафиксируйте: последний раз, когда человек обратил на меня внимание без цели накормить, было 14 марта. Это грубое нарушение параграфа 3. Я требую компенсацию: коробка из-под доставки должна храниться минимум две недели. И отменить слово «потом», когда я прошусь на балкон. Адвокат кивает, что-то записывает. А Тося поправляет очки и добавляет: — И ещё: в иске указать, что она спит на моём пледе. Кошачий юридический триллер терзал меня всю ночь. Тося сменила очки на строгий пучок, адвокат превратился в целую юридическую фирму «Мур-Мур & Associates», а я в своём сне подписывала какие-то бумаги, где самым мелким шрифтом было написано, что отныне моя кровать, моя зарплата и моя жизнь принадлежат «стороне номер один». Проснулась я от того, что кто-то решил, будто пять утра — это подходящее время для социального взаимодействия… Тося уже стояла на моей груди и смотрела с высоты своего эволюционного превосходства. Может, я сошла с ума, но мне как будто чётко было слышно: — Вставай, потомок обезьяны. Кормить меня, потомка льва. Я полежала секунду, осознавая всю глубину своей рабской сущности, вздохнула и поплелась на кухню заполнять кормушки. Швеция, спасибо, что открыла мне глаза на мои обязанности. Только, боюсь, что Тося узнала об этом законе ещё до того, как его приняли. © Анна не Каренина