Буркхард Билгер. Отечество. История о войне, семье и совести в нацистской Германии "Как и многие мужчины его поколения, мой дед не любил рассказывать о себе. Он не оставил ни дневника с душевными метаниями, ни завещания, ни воспоминаний о войне, отшлифованных и отполированных до состояния амулетов. Он хотел забыть, он не хотел помнить." Буркхард Билгер, американский журналист немецкого происхождения, рассказывает о своем деде, Карле Гённере, который во время Второй мировой войны был партийным функционером НСДП на оккупированой территории Франции, в Эльзасе. Его должность называлась ордсгруппенляйтер, а в обязанности входил контроль за населением в Бартенхайме (Эльзас). Это непридуманная история, Билгер строит ее на воспоминаниях семьи, на письмах, фотографиях, архивных материалах и интервью, который он собирал в Германии, Франции и других странах. Но в первую очередь в Эльзасе. По сравнению с гестаповцами или служащими концлагерей Карл Гённер вполне себе вегетарианец. Он никого не убивал и не мучал, кто-то его вспоминал с благодарностью. Тем не менее после войны денацификация коснулась его самым непосредственным образом. А также его семьи, которой пришлось в буквальном смысле выживать. В книге есть один эпизод, который не выходит у меня из головы. Жена Карла Гённера, находясь в эвакуации, понимает, что ей одной четверых детей не прокормить, и потому отправляет старшего сына (дядю автора) в родную деревню выживать самостоятельно. Это дает ей возможность использовать талоны на еду старшего сына и распределить паек между троими младшими. Мальчик выживет и всю жизнь будет жить с чувством вины и гиперответственности за всех вокруг. На первый взгляд книга устроена довольно просто. Вот обычный немецкий обыватель, учитель, который работал не за страх, а за совесть. Кто-то считал его ревностным нацистом, кто-то благоразумным и не злым человеком, который сумел оградить их от больших злодеяний. Билгер не пытается деда "отмазать", он совершенно недвусмысленно рассказывает о том, что творили нацисты на оккупированных территориях, и ясно заявляет, что дед был соучастником этих преступлений. Не пытаясь яростно обличать и философствовать о природе зла, он подводит читателей к ряду очень непростых вопросов, на которые невозможно ответить однозначно. Вопросы эти о преступлении и наказании, о мере соучастия и сопротивления, об отношениях человека и государства, о том, что человек должен брать на себя ответственность за эти отношения, руководствуясь собственной совестью, а не приказами начальства. Да, на это способны не все, в большинстве своем люди путают государство с родиной и, когда приходит расплата, предпочитают свалить всю вину за содеянное по приказу на государственную машину. Те, кто судит, тоже не всегда способны отделить мух от котлет. Мало кто пытается вникнуть в контекст, в то, в каких условиях люди делали свой выбор. То, что кажется незначительным в мирное время, в условиях тоталитарного государства могло требовать от человека огромной смелости. Билгер напоминает, что после войны наказание часто превращалось в сведение личных счетов. Причем счеты эти предъявлялись не только захватчикам, но и своим. Детально вникать в каждый отдельный случай в суде возможности не было, а потому разбирательства часто становились не поиском справедливости, а местью. Тех, кто хоть как-то сотрудничал с оккупантами, наказывали без всякого суда: брили голову, гоняли по улицам, били, грабили, выгоняли из дома. Одним словом, эта книга не только о семейной истории, но о последствиях войны, которые рваным шлейфом тащатся в течение десятков лет. Такие последствия невозможно посчитать и отразить в статистике, они не бросаются в глаза сразу, но ежедневно отравляют жизнь не одному поколению людей. Найти в себе силы измениться и примириться друг с другом непросто, но надо пытаться. #чточитать #нонфикшн #буркхардбилгер