Вышедший в 1942 году, роман А.Камю «Посторонний» с годами стал классикой XX века, заслужив сравнение с русским «Преступлением и наказанием», вероятно, по созвучию темы проступка и чувства вины, но далеко не по палитре чувств, испытываемых героями. Камю пишет сухой, отстраненный, холодный текст, состоящий из коротких предложений, погружая читателя в мировосприятие Мерсо. Альбер Камю вырос в Алжире, и потому помещает действие «Постороннего» во французскую колонию, а главным сопровождающим всех ключевых событий — похорон матери Мерсо и сцены убийства араба — делает солнце, мучительное, знойное, лишающее рассудка. На протяжении всего романа читателя не покидает чувство невыносимости — героя, его мыслей, способа действовать, отсутствия казалось бы, чувств, но каким бы абсурдным (главная философская идея романа: абсурд возникает из столкновения желания человека найти смысл и равнодушия мира к нему) ни казался внутренний мир Мерсо, он всего лишь другой, отличный от привычного, от социальной данности, в которую мы все обязаны встроиться. Всегда любопытно было название романа L’étranger, потому как это и «посторонний», и «иностранец», что в какой-то степени схожие явления. Мерсо посторонний сразу в нескольких смыслах: обществу, потому что не играет по его правилам, моральным ожиданиям, религии и даже самому себе. Общество нуждается в иллюзиях, а человек, живущий вне, становится чужим. Его судят не за совершенное преступление, а за отказ притворяться. Я могу еще долго говорить о Камю и экзистенциализме (кстати, сам Камю был против причисления к течению), ведь когда-то это даже, кроме моих личных пристрастий, стало темой государственного экзамена в Университете, но я хотела бы поделиться впечатлениями о новой экранизации «Постороннего» Франсуа Озона. Я влюблена. Необыкновенно красивое кино, каждый кадр которого превзошел предыдущий, по-настоящему посторонний, отстраненный, беспристрастный Бенжамен Вуазен, вечная игра света и тени за счёт решения сделать фильм черно-белым, завуалированные послания от режиссера и правда хорошая трактовка текста и сюжета «по роману» (т.е. безо всякой претензии на идентичность). Мне видится, что такие вещи необыкновенно сложно экранизировать, потому что кино требует действия, а у Камю действием является движение читателя по почти недвижимому эмоциональному миру героя. Но Франсуа Озону, со свойственной французам элегантностью, все удалось. Обязательно читайте роман и смотрите фильм, но не связывайте эти явления воедино, рассматривайте и любите по отдельности.