Мы так много говорим о той самой сцене «ради тебя, ради всех нас» прямо перед тем, как Локи выходит уничтожить Ткацкий Станок, но, мне кажется, недостаточно говорим о моменте, который ей предшествует: о том, как камера медленно движется вокруг Локи, который стоит отдельно от всех, а те смотрят на Станок, он же смотрит на них — и впервые за столетия наступает эта пауза, этот миг покоя, потому что он наконец всё понял, и впервые за столетия ему не надо никуда спешить. И появляется эта его улыбка — когда он уже скорее на грани слез, чем на грани улыбки, — потому что он их спасёт. И больше никогда не увидит. А потом этот шаг — медленный, но не колеблющийся — через всю комнату к лестнице, по которой он поднимался и спускался миллион раз, и мы слышим уже не звук распадающегося за окном времени, а только музыку — пока Мобиус не произносит это своё «Эй», и оно, приглушённое, разрезает всё на части. И в этот же миг пауза кончается: Локи снова спешит, больше нельзя терять ни секунды, ему нужно уйти, он должен оказаться по ту сторону двери прежде, чем они его настигнут, — потому что он не хочет уходить, но он должен.