Генассамблея ООН 25 марта 2026 года сделала то, чего многие боялись десятилетиями. Признала работорговлю африканцами - преступлением против человечности. За резолюцию проголосовали 123 страны. Против США, Израиль и Аргентина. 52 страны воздержались. Сам факт голосования это не просто дипломатическая формальность. Это публичная пощёчина западной правовой доктрине, которая десятилетиями утверждала «история есть история, и не надо тащить её в современные суды». Не прокатило. Особенно циничны отмазки тех, кто воздержался. Великобритания и ЕС выкатили классический набор «ООН создана не для узких интересов», «нельзя иерархизировать преступления», «нельзя требовать компенсацию за то, что тогда не было незаконным». Получается мы не против того, что это было преступление, мы против того, чтобы за него платить. Африканские страны и Глобальный Юг показали, игра в одни ворота заканчивается. 123 голоса «за», это не про абстрактную историческую справедливость. Это про требование места за столом глобальных финансов, про репарации как политический инструмент, про переформатирование правил игры. Да, резолюции ГА ООН не имеют юридической силы. Да, никто завтра не выпишет чек на триллион долларов. Но аргумент «тот, кто не был рабом, не может требовать от того, кто не был рабовладельцем» уже не работает. Победа африканцев не окончательная. Но это тот самый момент, когда вопрос репараций перестал быть маргинальной повесткой и стал официальной позицией большинства человечества. А это, согласитесь, уже совсем другая политическая реальность.