Случилось это в начале осени. Собрался я как-то по красную ягоду. Утром дела да заботы, с полдня сподобился. Туесок в торбу заплечную, палку в руку, и пошел. Сколько успею поберу. А сентябрьский лес уже всеми красками встречал, золотыми нарядами, да ярким убором. Солнце пригревало мягко, по осеннему, будто кошка ластится. Быстро прошагал вдоль реки, да на дорогу вышел, что к доборкам вела. Дошел до болотины, дай думаю гляну, нет ли проходки через трясину. Слегу сломал, сунулся, есть брод. Ну и решил срезать. До места дошел, метку оставил, все чин по чину, чтобы назад вертаться, да на сухое место и выбрался. Выхожу, а там ягоды видимо-невидимо. Как взялся брать, и не заметил, время пролетело. Смеркаться стало, туман опустился. Пошел брод искать, да вот дела чудные, вроде и метка моя стоит, а места не узнаю, и куда не сунусь слега уходит, дна нет. Час ли два промаялся, нет тропинки, будто леший тешится. А уж и совсем стемнело. Из сил выбился, да ещё багульник в сон клонить начал. Присел я, облокотился на сосенку, сыро, холодно. Только и успел подумать, что неровен час так и захворать, как глаза слипаться стали. Вижу только тени какие-то вокруг кружат, будто убаюкивают. Да вдруг встрепенулся, услышал, сквозь дурманящий сон, лай отдаленный. И разом, будто туман разорвало, да тени поразбросало по болотине. Глаза продал, смотрю, между деревьями белым мелькнуло, а потом и рядом совсем выбежал на меня здоровенный пёс, посмотрел да вновь загавкал глухо, чего мол расселся. Я на ноги вскочил, смотрю, а пёс-то никак знакомый. С хозяином его я по соседству раньше жил, пока ближе к лесу не перебрался. Кличу его, «Амур, мол, что, не признал?». А он в ответ гавкнул, да в сторону поселка пошел. Дошел до болотины и обернулся, смотрит, чего мол ждёшь, идем. Встал я, слегу взял, думаю, чай знает животина дорогу домой. И пошел за ним. Пару раз по пояс провалился, но кое-как иду, а пёс же будто заворожённый, чуть лапы мочит. Но ничего, вышли, он ещё раз на меня посмотрел, да и скрылся в лесу. Во след я ему только крикнул, мол спасибо, Амур, выручил. Ну, а уж дальше-то дорогу я и в потемках нашел легко. Добрался, а поутру корзинку ягоды перебрал, да понес хозяина отблагодарить за своего спасителя. А там узнал, что Амура считай как месяц на свете нет. Самолично, хозяин, на полянке, что недалеко от болотины той, честь по чести на покой его обустроил. Такие брат дела. Может и багульника я тогда надышался, да привиделось, а только думается мне, что добрая душа его песья, продолжает людям служить, из беды выручать.