Читаю сейчас книгу Левит. В 17-й главе строго запрещается «заколоть животное вне стана» и «есть кровь». Любое животное должно было быть приведено к скинии, а кровь — пролита у жертвенника. Дело в том, что заклание животного тогда означало, по сути, принесение жертвы духам. Поэтому и было предписано: резать животное только у скинии, «чтоб они впредь не приносили жертв своих идолам, за которыми блудно ходят они» (Лев.17:7). То есть поклонение — только Богу. Запрет есть кровь связан с тем, что «душа тела в крови» (Лев.17:11). Кровь = жизнь. А жизнь можно отдать только Источнику жизни — Богу. Таким образом устанавливается жёсткий принцип: один Бог — одно место — один порядок (ритуал). Если выпадает хотя бы одна часть, люди по привычке уклоняются в язычество. Во Второзаконии этот закон уже смягчается: животное можно заколоть просто для еды. У меня это вызвало ассоциативную связь со словами апостола Павла: «один Господь, одна вера, одно крещение» (Еф.4:5). Ветхий Завет под «одной верой» фактически подразумевает поклонение Богу в одном месте: разные места — разные жертвенники — разные веры. Такая логика. А ветхозаветные жертвоприношения исполнились в Жертве Христовой, которую мы принимаем с благодарностью, совершая Таинство Крещения — погружение во Христа.