Этот купеческий род упоминается ещё в петровское время. Лукутины принадлежали к старому московскому купечеству; их семейное дело в Федоскине стало одним из источников русской лаковой миниатюры. Именно при Лукутиных фабрика выпускала не просто шкатулки, а целый мир вещей повседневной красоты: табакерки, портсигары, чайные коробки, бювары, пасхальные яйца и другие лаковые изделия из папье-маше, украшенные миниатюрной живописью. Николай Александрович — последний владелец знаменитой федоскинской фабрики Лукутиных. В молодости он выбрал не фабрику, а военную службу, окончил кавалерийское училище и участвовал в русско-турецкой войне 1877–1878 годов, где был награждён орденами. Но после смерти старшего брата и затем отца именно ему пришлось принять семейное дело. Вступив во владение фабрикой в 1888 году, он построил для неё новое здание, открыл в своём московском доме на Тверской первый в России магазин лаковой миниатюры и ввёл на производстве правила внутреннего распорядка. При нём в сюжетах миниатюры усилились русские былинные и сказочные мотивы — фабрика работала уже не только на вкус рынка, но и на образ России. Но важнее всего то, как он понимал власть хозяина. Лукутин улучшал быт мастеров - строил для них жильё, обеспечивал дровами и керосином, выделял участки под огороды, давал лошадей для обработки земли. Мастерам предоставляли и своеобразный «соцпакет»: товарный кредит, помощь старым и немощным, обучение. Для безграмотных работников выписывали журналы, из которых художники брали сюжеты и учились видеть шире. Это редкий случай, когда фабрикант относился к ремесленнику не как к расходному материалу, а как к носителю мастерства, которое нужно беречь. Николай Лукутин был почётным членом Московского совета детских приютов, возглавлял Александровский приют для незрячих детей, руководил глазной больницей, поддерживал Станиславского и вошёл в число учредителей Общедоступного театра. За большую общественную и благотворительную деятельность его возвели в потомственное дворянство. В сохранившемся некрологе о нём сказано точно: «Н. А. Лукутин не принадлежал к числу честолюбивых людей и если оказывал благодеяние, то делал это так, что правая рука не знала, что делает левая». В этих словах — весь кодекс старого русского предпринимателя. Он собирал фарфор, занимался общественными делами, выходил на сцену в любительских постановках Станиславского и при этом не бросал производство. Его жизнь хорошо показывает, что русский купец высокой поры — это не только человек прибыли. Это человек формы, вкуса, обязательства и памяти. Лукутин продавал красоту, но сам жил по строгому внутреннему правилу: дело должно кормить людей, а не только фамилию. Потому и сегодня Федоскино помнит не просто владельца фабрики, а хозяина, при котором ремесло стало школой достоинства. _ Присоединяйтесь к нам в МАКС