В российских школах за один день произошли два нападения. В Уфе девятиклассник устроил стрельбу в гимназии № 16. Он пришёл на урок с пластиковым пневматическим автоматом, выстрелил в учителя и трёх одноклассников, бросил петарду. У парня уже были проблемы с законом, участвовал в нападении на магазин. Но семья — образцово показательная: отец начальник налогового отделения, мать руководит правовым отделом ФНС. На место приехал Хабиров. Осмотрел автомат и объявил: «Это игрушка». Игрушка, которая не могла причинить вреда. Да, страйкбол — игрушка. Но в Пензе и Петербурге за такие «игрушки» возбуждали дела о терроризме, пытали и сажали на сроки. По Баймакскому делу — за снежки — судят до сих пор. СК возбудил дела, в том числе по халатности. Парень жаловался на учителей — теперь проверяют и их. Ведь привилегированный ребёнок не может быть виноват. Значит, виноваты педагоги. Там — терроризм. Здесь — игрушка. Разница в иерархии. А в Красноярском крае — другая история. В Кодинске семиклассница принесла в школу кухонный нож, напала на учительницу, потом ранила другую ученицу. Причина — конфликт с учителями и одноклассниками. Но у девочки нет «уважаемых» родителей. Поэтому сразу два уголовных дела. Государство вливает миллиарды в войну и пропаганду. В школах проводят уроки ненависти, где детям чётко объясняют: кого ненавидеть, против кого воевать. Телевизор круглосуточно орёт о насилии и крови, а новости делают героев из убийц. И дети учатся простому правилу: конфликт решается ударом. Ножом, выстрелом, кулаком. Это не случайность и не «эмоциональный срыв» — это прямая программа режима, где насилие стало нормой жизни, а война — её фоном. Режима, где война стала главным воспитателем, а агрессия — главным инструментом социализации. https://t.me/legitivniy/22791