Добрый день, уважаемые представители КСК «Отрада», активно наблюдающие за деятельностью моего канала. В связи с Вашими публичными заявлениями о непричастности КСК «Отрада» к произошедшему и обвинениями меня во лжи, прошу дать прямые и однозначные ответы на вопросы, которые на протяжении нескольких дней остаются без разъяснений и вызывают обоснованный общественный резонанс. 1.Если, по Вашему утверждению, КСК «Отрада» не имеет отношения к МКЦО «Отрада» и не был в курсе произошедшего инцидента, по какой причине с 01.01.2026 был официально запрещён въезд на территорию КСК «Отрада» Екатерине Якубович? 2.Если ограничения были применены к Екатерине Якубович, по какой причине аналогичные меры не были приняты в отношении Елизаветы Плетнёвой, которая, несмотря на произошедшее, продолжила как спортивную, так и частную тренерскую деятельность на территории КСК «Отрада»? 3.Учитывая, что информация об инциденте, по имеющимся данным, была известна администрации КСК «Отрада» с 01.01.2026, по какой причине сведения о возможном факте жестокого обращения с животным не были незамедлительно переданы в правоохранительные органы и уполномоченные инстанции? Дополнительно прошу дать публичное разъяснение позиции КСК «Отрада» по инциденту, произошедшему 17 декабря на территории КСК «Отрада» в общем манеже, при наличии свидетеля. Речь идёт ещё об одном эпизоде возможного жестокого обращения с животным, информация о котором, по имеющимся данным, не была предана огласке, в том числе, в соответствующие органы. Сообщаю, что соответствующее обращение по данному факту уже передано в органы МВД. Также считаю необходимым отдельно пояснить следующее. Мои публичные извинения ранее были принесены не потому, что я отказываюсь от упоминания КСК «Отрада», ввожу людей в заблуждение или считаю, что клуб не имеет отношения к происходящему, а исключительно в связи с тем, что в ряде публикаций и новостных материалов преимущественно фигурировало название КСК «Отрада», тогда как непосредственным местом инцидента являлся МКЦО. Данная корректировка была сделана с целью точности формулировок и корректного разграничения юридической и фактической ответственности, а не в целях снятия вопросов или претензий.