Скажи мне, кто твой друг: как бывшие защитники природы становятся защитниками тигров, а тигры — орудием войны против своих Старая как мир истина снова актуальна в связи с кампанией за отстрел амурского тигра на Дальнем Востоке. Только вот истина эта совсем не та, которую нам пытаются втюхать авторы очередного пафосного опуса. Нам говорят, что за публикациями о тиграх стоят «ангажированные» и «заказные» структуры. Нам тычут пальцем в «Последнюю среду» и её руководительницу Елену Старостину, бывшего медийщика WWF. Нам напоминают, что WWF признали нежелательной организацией за антироссийскую деятельность. И вывод, который авторы предлагают сделать, прост: те, кто пишет о нападениях тигров, работают на Запад. Удобная версия. Особенно если не задавать лишних вопросов. Например, о том, кто на самом деле сегодня формирует «тигриную» повестку в России. Или о том, чьи интересы на самом деле представляют люди, которые уже десятилетиями сидят в этой теме. Потому что если копнуть чуть глубже, то окажется, что «западные агенты» — это не те, кто жалуется на тигров, а совсем другие люди. Те, кто десятилетиями откровенно и упорно работают на развал нашей страны, подрыв экономического благополучия региона и уничтожение сельского хозяйства. И работают они изнутри, на государственных должностях и с государственными деньгами. Бывшие — значит, настоящие Нам указывают на Елену Старостину, бывшего сотрудника WWF. Но почему-то умалчивают о том, что нынешний директор АНО «Центр «Амурский тигр» Сергей Арамилев десять лет работал в том же WWF. Десять лет! И не где-нибудь, а в Амурском филиале, курировал программы по сохранению амурского тигра. И после того, как WWF признали нежелательной организацией, Арамилев не ушёл в «подполье». Он остался на виду. Он возглавил организацию, созданную по инициативе президента. Он награждён Почётной грамотой и Орденом Дружбы. Его мать, Татьяна Арамилева, — бывший глава «Росохотрыболовсоюза», ныне руководит департаментом Минприроды, отвечающим за Красную книгу. Его отец, Владимир Арамилев, — директор Лазовского заповедника. Семейный подряд, десятилетиями работавший в связке с WWF, сегодня контролирует государственную политику в отношении амурского тигра. А нас пытаются убедить, что угроза исходит от Елены Старостиной и её «Последней среды». Кто из них действительно представляет интересы Запада? Тот, кто десять лет проработал в нежелательной организации, а сегодня формирует государственную политику, или тот, кто всего лишь медийщик? «Среда» и АНО: две стороны одной медали Мы не защищаем «Последнюю среду». Не берёмся судить, чьи интересы она представляет. Но мы предлагаем посмотреть шире. Вот, например, «Приморский мамковед» — канал, который регулярно обвиняет жителей в фейках, защищает тигров и последовательно транслирует позицию АНО. Его публикации синхронно выходят с сообщениями Центра «Амурский тигр». Он получает бюджетное финансирование? Судя по стилю, объёмам и регулярности — вполне вероятно. А вот каналы, которые публикуют реальные видео нападений тигров, — они тоже финансируются? Или они просто фиксируют то, что видят своими глазами? Авторы разоблачительного текста упирают на то, что к кампании подключились охотники. Мол, «нарочно не придумаешь». Но охотники — это те, кто живёт в селах, кто теряет скот, кто рискует жизнью, выходя в тайгу. И они, конечно, заинтересованы в том, чтобы тигров было меньше. Это их право. Но когда охотники, которые десятилетиями платят налоги, содержат угодья, соблюдают правила, начинают требовать защиты, их обвиняют в том, что они «напрямую заинтересованы в уничтожении тигра ради прибыли». А кто, собственно, не заинтересован? АНО «Амурский тигр», чей бюджет тем больше, чем больше конфликтов? Или чиновники, которые отчитываются о «стабильной ситуации», пока люди гибнут? Ирония в том, что подлинная угроза — не охотники, не жители сел, а те, кто превратил тигра в бизнес-проект. Кто зарабатывает на отловах, на ошейниках, на реабилитационных центрах, на фестивалях, на грантах. Кто