Холодный поток воздуха обжигает затылок. Двери в Атриум раскрываются с громким хлопком. Изначально она не может разглядеть лиц, только слышит перебивчивый смех. Голоса всё ближе, ближе, наступают на них: высокие интонации сменяются низкими. Гермиона узнаёт однокурсника до того, как видит его лицо. Теодор Нотт утягивает за собой Панси Паркинсон, а та покачивается и удерживает в тонких пальцах бутылку игристого. Оба явно пьяны, но они и не думают это скрывать. — Идиллия, — бурчит Кормак. — Только поглядите на них. Какие счастливые. — Тихо, — шикает на него Гермиона. — Ждём. В обычной боевой мантии как таран к ним идёт Миллисента Булстроуд: её шаги твердые и размашистые. Она сбивает Панси плечом, и та всё-таки разбивает бутылку. Её смех и звон осколков сливаются с эхом этого холодного недружелюбного, до блеска вылизанного мира. Схватив Паркинсон за руку, Нотт притягивает к себе девушку и целует жадно и долго, не обращая на лужу у ног и ошарашенных работников министерства магии. Красная помада Паркинсон смазывается, и её счастливая улыбка расползается по лицу широкой красной линией. — Скоро? — вздыхает Кормак. — Рано. Следом врываются две высокие мужские фигуры: они перекидываются чарами, сбивают несколько статуй, скользят лаковыми туфлями по полу и чуть было не врезаются в эльфов с подносами закусок. Из-за потасовки Гермиона не может различить их фигур. Но, видимо, мальчишки в её возрасте все одинаковые. Лишь бы дурачиться. А потом ей удается зацепиться за светлые, почти белые волосы, ухмылку, переходящую в ямочку. И пазл вдруг складывается. Её рот опаляет, и гортань горит. В голове крутятся жернова. Хватка пальцев на запястье крепнет. Грёбанный Малфой. Он набрасывает на Блейза Забини, и они оба обессилено падают на пол и хохочат. Они смеются, их родители пытают фениксов Круцио. И внутри неё поднимается такая ненависть: впервые Гермиона представляет, как они корчиться на полу от её палочки. Тише. Ерунда. Ты не способна на такое. Они всего лишь глупые мальчишки. Оба идиота пытаются подняться на ноги, но каждый успевает стянуть другого вниз. В конце концов Забини вырывается, порвав Малфою пиджак, и бежит ко входу в главный зал. Встав, Малфой прочесывает волосы. Его длинная чёлка касается прямого носа, когда он стягивает фрак и беспечно бросает его на пол. Жилистые пальцы расслабляют синий галстук, и она замечает в кармане его брюк помятый картонный уголок. Сигареты? Лорд же презирает магловские наркотики. Какой-то он непривычно расхлябанный для это обстановки. Сутулый, он выглядит больным. По лицу расползаются красные пятна. Когда Малфой закатывает рукава и оголяет метку, Гермиона отчего-то вздрагивает всем телом. Теперь она видит его ещё отчетливее: светлые пряди чуть влажные от тающих снежинок, рубашка болтается на теле, а ещё у Малфоя тремор: пальцы дрожат, когда он пытается расстегнуть пуговицу на втором рукаве. И она ненавидит то, каким простым и уязвимым он кажется со своими оголенными мерзкими предплечьями. Дописала еще одну часть! #конфетасоюзники@konfetafic