Кстати, понял такую вещь, что моё #рабочее_место_писателя мигрирует в зависимости от обстоятельств. ▪️ 90% «Умалишённого» я написал, лёжа на животе поперёк кровати, в то время как старенький ноутбук пыхтел на прикроватной тумбочке (нет пытайтесь повторить в домашних условиях! ноги и туловище в горизонтальном положении, руки висят на клавиатуре ноута, голова приподнята), а дописывал уже традиционным способом на барной стойке в квартире подруги (а иногда и под). ▪️ Над «Исходом» корпел под звуки дрели и стук молотка на полу в студии у друга, усевшись на спальном мешке с повышенным уровнем теплоизоляции, в котором я жил потом ещё два года, а закончил в ковидный карантин на кухне новой, с пылу с жару, квартиры. Да так там и остался. На кухне. Жена и не против. Стол, стул есть. Еда выдаётся. Рассветы-закаты в окне. Уютно. ▪️ А ещё у меня есть запасной писательский аэродром, когда устаю от кухни — супружеская кровать и каретка для яиц в качестве подставки для ноута. Так и живём :) П.С. Писательствовать вверх тормашками или сидя по-турецки на холодильнике не приходилось. Так что тут я вам не советчик — пробуйте!😉 ❤️ Также фотографиями рабочих мест поделились писательницы из литсообщества «Онлайн на водах»: Даша Благова («Благова на водах»), Настя Касумова («Душевная почта»), Вика Остер («ОСТЕР✏️»), Настя Пенкина («В час по строчке»), Лена Буркова («Два случайных фото»), Настя Кошельникова («Мастерская писателя»), Лиля Третьякова («Лилина лирика»), Настя Шастина («Макабр на шесте»)