— Я бросил Ксю перед важным для нее боем. Я очень долго не хотел признавать, что спорт, именно в этом его проявлении, имеет для нее значение. Мне казалось, что из любви к искусству достаточно утренней пробежки и бассейна вечером в субботу. А когда понял, она уже лежала на канвасе без сознания. Я опоздал, понимаешь? Все это время я переживал за себя, а не за нее. Мне казалось, что если я могу постелить везде соломки, закрыть двери на все замки, а на окна ради собственного спокойствия поставить решетки, то Ксю будет достаточно меня. А я буду наслаждаться покоем. Но это не так, Вера! Ты же сама спряталась за семью замками. Спряталась от людей, полностью обесценивая собственные страхи. То, что сделал Соломатин — это ужасно. Но ты в этом не виновата, Вера! И в том, как поступил твой брат, тоже. Это их выбор, но никак не твой. — А Максим? — спросила я тихо. — Вы оба — взрослые люди, — напомнил Артур. Я хотела спросить у него про UFC. И про то, каковы у Русланова шансы. Но тут официант поставил перед нами тарелки, и я спросила совсем другое: — Что это? — Шаверма, — ответил Артур. — Только теперь ты знаешь мой главный секрет. Поклянись, что никому не расскажешь. Иначе… — Веган, грэпплер и тиран, значит… — усмехнулась я. — Вера, ну нельзя быть такой злопамятной! — обиженно произнес Жданов и откусил здоровенный кусок. Шаверма... В полвторого ночи… Обалдеть! —Тогда и ты пообещай мне кое-что, — сказала я. Артур замер, не донеся до рта свою добычу. — Что именно? — спросил он, не спуская с меня внимательного взгляда стальных глаз. — Что ничего не расскажешь Максу и Владику про меня и Соломатина. Про то, что видел нас вместе. — Ты уверена, Вер? — Уверена, — ответила я. — Я не хочу, чтобы он дрался из мести. Жданов медленно кивнул, принимая мой ответ, и сказал: — Тогда по рукам. То, что случилось в Питере — пусть останется в Питере. Холод татами #женя_онегина