1935 год. Николай Эрдман пишет матери из Томска, где отбывает ссылку (его забрали ещё в 33 прямо со съемок вместе с соавтором). Письма матери Николай Робертович со свойственной ему иронией подписывает «Мамин-Сибиряк»: - Посмотрел «Веселых ребят». Редко можно встретить более непонятную и бессвязную мешанину. Картина глупа с самого начала и до самого конца. Звук отвратителен – слова не попадают в рот. Я ждал очень слабой вещи, но никогда не думал, что она может быть до такой степени скверной. 1935 год. Ильф и Петров вернулись из 4-месячной поездки по Америке, посмотрели отснятый материал по «Цирку» и… сняли свои фамилии с титров «по соображениям творческих разногласий с режиссером». 1940 год. «Светлый путь». Гораздо позже Виктор Васильевич Ардов напишет: - Когда этот сценарий принесли на киностудию, жизнь в нем ещё теплилась… А как начали его поправлять, да улучшать, да вводить «социальный охват», да выбрасывать идейно слабые места, да… В общем, когда на заседание художественного совета вынесли в маленьком гробике иссохший трупик сценария, даже видавшие виды режиссеры, консультанты и редакторы прослезились… А теперь, внимание, вопрос! Что общего у всех этих людей? Кто знает, ставь сердечко и тебе ничего не будет. НЕ ЗНАКОМСТВО С ЛЮБОВЬЮ ОРЛОВОЙ, НЕТ. ЭТО СЦЕНАРИСТЫ ЭТИХ ФИЛЬМОВ Морали не будет, одно лишь старческое брюзжание и совет – если тебе дороги твои сценарии, стань уже сам режиссером.