Ли не дал ему и секунды передышки, он продолжал вбиваться в него с той же безжалостной ритмичностью, игнорируя то, как младший дрожал от переизбытка чувств. — Это только начало, малыш, — прорычал Минхо, вжимаясь пахом в его ягодицы. Джисон едва успел прийти в себя, как новая волна удовольствия, смешанного с изнеможением, начала накрывать его. Его внутренности все еще пульсировали после первого пика, что делало каждое движение Ли внутри невыносимо острым. Хан умоляюще качал головой, его голос охрип от криков, "Х…Хен, пожалуйста.. Ахх…", но старший был неумолим. Он нашел ту самую точку внутри и начал методично вколачиваться в неё, пока Джисон снова не зашелся в крике, достигая второго пика. Его тело сводило судорогами, а перед глазами плыли белые пятна. Но даже когда семя Хана снова испачкало его собственный живот, Минхо не вышел. Он продолжал двигаться, его темп стал еще более тяжелым и глубоким. Мафиози словно задался целью выжечь это чувство обладания в самой памяти Джисона. Ли перевернул парня на бок, подтягивая одно его колено к груди и вошел под другим углом, заставляя Хана издать надрывный звук, похожий на скулеж. В этом положении каждый толчок достигал самого дна, выбивая из хакера последние силы. Только когда Джисон, уже не соображая, где он и кто он, содрогнулся в третьем, самом болезненном и ярком оргазме, Минхо позволил себе финишировать. Он с рыком излился внутрь, заполняя его до краев и еще несколько долгих секунд прижимал Хана к себе, чувствуя, как бешено стучат их сердца. Наконец, Минхо медленно вышел из него. Джисон без сил рухнул на подушки, его ноги мелко дрожали, а взгляд был абсолютно пустым. Ли окинул взглядом плоды своей работы, тяжело дыша и потянулся за салфетками. Он аккуратно вытер его живот и ляжки от белой жидкости, оставляя его кожу идеально чистой, только липкой. — отдыхай, малыш. — это последнее что услышал младший, он провалился в темную бездну, слишком измотан актом