Мыльный пузырь стоицизма. Часть 2. ЧАСТЬ 1 ТУТ В первой части мы вспоминили, ключевую фигуру для всей западной философии — Сократа и то, как его высказывания используются в стоической оптике. Но к Сократу никаких вопросов, ведь он НИЧЕГО НЕ ПИСАЛ, не оставил после себя ни текстов, ни даже фрагментов (как от древних философов до него) — в этом была его принципиальная позиция. И потому все вопросы стоит адресовать к человеку, который все записал (хотя как, он писал с собственных воспоминаний), и от которого можно вести исток всех проблем мышления — и это Платон. Он до сих пор считается одним из самых значимых философов в истории: даже спустя 2000 лет философы продолжают развивать его идеи (или как Карл Поппер - спорить и обвинять во всех проблемах). Как ему удается до сих пор волновать умы людей? Ученику Сократа удалось представить мир как соединение двух ступеней бытия: реальной и иллюзорной. По Платону, в реальности существует только мир вечных Идей (истинный), а в нашем восприятии предстает только иллюзорный мир изменчивых вещей (тень этих идей). И в таком устройстве мира добродетель – это «припоминание» души о мире Идей и уподобление ему. Мы не познаем истину из внешнего мира, а вспоминаем её, находя опору в собственных суждениях и мышлении. В такой трактовке Платон не столько создает философскую систему, сколько строит свой собственный миф, который бы оправдывал его амбиции на изменение и управление обществом (окончательно этот миф оформится в его диалоге Государство). Но стоики были людьми совершенно не склонными к поэтическо-мифическому созерцанию, а потому систему Платона они перекроили на свой лад: исключили мистификацию мира и космоса, но сохранили при этом основные способы развития мышления. Мир стоиков не разделен: он единый, материальный и пронизанный божественным Логосом (смысл и слово, лежащие в основе мира). Платоновское трансцендентное (вне мира и над ним) благо у стоиков имманентно (т.е. является неотъемлемой частью) миру. Они отвергли и бессмертие индивидуальной души – у них после цикла вселенной все души растворяются в мировом огне-Логосе, и идеальное государство философов, сосредоточившись на строительстве внутренней крепости (аналог личности) в любом виде социума: от демократий до тиранических автократий. Но Платон, конечно, друг, но Аристотель стоикам дороже. Так что на авансцену мировой философии выходит уже ученик Платона – Аристотель. По праву именно Аристотель считается создателем множества знакомых нам дисциплин (от ботаники и психологии до политологии и физики) – и распространил свой метод на все аспекты реальности. Также Аристотелю принадлежит авторство самого термина этика: в работе “Никомахова этика” он смог предложил сложную, многосоставную этическую систему, основанную на достижении «эвдемонии» - процветания через реализацию собственной природы и воспитание добродетелей как посредника между пороками (Аристотель вообще отстаивал правило “золотой середины”). Его этика была социально укоренена и предполагала жизнь в полисе среди друзей и политически активных граждан: отсюда и аристотелевское определение человека: zώον πολιτικόν - общественное (политическое) животное. Стоики во многом наследуют эту логику Аристотеля, но сильно сжимают область применения его системы. Все аристотелевские ценности: мужество, умеренность, справедливость, благоразумие слились в одно — в мудрость. В понимание того, что есть благо, зло и безразличное. Аристотелевское стремление к “золотой середине” тоже исчезло: либо ты действуешь сообразно природе мудрости (добродетельно), либо нет (порочно). При этом стоики сохраняют аристотелевскую концепцию мира, целенаправленно устроенного и оформленного Логосом. Но если для Аристотеля целью мира было раскрытие внутренней потенции вещи, то стоики видели мир как предустановленный божественный план - Судьба. Свобода человека состоит в осознанном согласии с уже проложенной судьбой дорогой.