Акт 2. Бешеный юнкер ​Итак, welcome home, son! Однако встречает тебя вовсе не классическая помещичья жизнь. Ты настолько «прославился», что соседи делают ставки, от чего ты умрешь: от пьянства или в долговой тюрьме. Обо всем по порядку. ​Я уже говорил, что в университетские года Бисмарк нацепил на себя «Маску паяца», т.е. ступил на путь сознательного протеста против маминых хотелок. Так вот, к моменту возвращения в Книпхоф эта маска успешно трансформировалась в две совершенно разные личины, одна из которых подкармливала другую. ​Что видно снаружи? Дикий варвар, алкоголик и обжора. Бешеный юнкер. А как еще назвать человека, который в одно лицо выпивал огромные чаши с гремучими смесями из портера и шампанского («Черный бархат» или «военная чаша»), а чтобы усиливать жажду, пожирал килограммы икры и яиц. Соседи-помещики были настолько шокированы жизнью Отто, что его поместье Книпхоф в народе было прозвано Кнайпхоф (от нем. Kneipe — кабак, пивная). ​Чем еще занимался Бисмарк от скуки? Ну, например, если вы решили переночевать у него в гостях, будьте готовы, что вашим будильником станут яростные выстрелы в потолок. ​Кстати, такое пробуждение могло быть вполне себе после дичайших ночных скачек по бездорожью. Бисмарк любил напиваться и носиться при свете луны по полям, зарабатывая себе адреналин, а также продолжая шокировать соседей. Ведь этим скачкам было абсолютно плевать на все регламенты и границы поместий, что для их владельцев было максимальным нарушением порядка. ​Еще одна легенда — статуя в парке. В саду стоял Геркулес. Бисмарка дико бесило, что первое, что бросается в глаза гостям — это каменная задница героя. Решал он эту проблему в своем стиле: просто расстреливал бесячий артефакт из пистолета. ​Но почему он так себя вел? А вот здесь как раз-таки кроется самое интересное. Бисмарк был вовсе не глупым гулякой. Как мы помним, от своей мамы он унаследовал высокий интеллект, и именно он был причиной такого духовного голода нашего героя. Если снаружи все видели в нем Бешеного юнкера, то внутри, когда он не занимался своими выходками, Бисмарк пытался найти для себя опору. ​Будучи закоренелым атеистом (что дополнительно шокировало его верующих соседей), он пытался объяснить смысл жизни через логику. Он зачитывался Спинозой, Гегелем, Фейербахом и Штраусом (особенно «Жизнь Иисуса»). Однако чтение привело его не к успокоению, а к еще большей депрессии. В своих письмах он позже признавался, что в те годы считал человеческую жизнь бессмысленной, «как пыль от колес» (Staub vom Rollen der Räder), которая взлетает и исчезает без следа, что голос его совести «заглох в буре необузданных страстей». ​По итогу к 30 годам Бисмарк оказался в полном тупике. Его «демоническая энергия» не находила выхода. В 1845 году он с горечью писал: «Моя единственная компания состоит из собак, лошадей и сельских юнкеров». Единственное, что его утешало — это то, что среди последних он пользовался некоторым уважением, так как «умел бегло читать и всегда одевался как человек». ​Он еще не знал, что этот этап его жизни подходит к концу. На горизонте появляются два женских силуэта...