Вот парадокс — Субботин всегда говорил правду в глаза, порой жестокую, а его всё равно любили. Он не скрывал своих противоречивых убеждений. С одной стороны, считал, что на вооружениях экономить никак нельзя, с другой — отказался подписывать письмо, осуждающее академика Андрея Сахарова, главного диссидента СССР. Власть придавала этому письму огромное значение, в Кремле хотели, чтобы известные учёные публично выступили против Андрея Дмитриевича. Было это в 1972 году. Коса нашла на камень. Трое «титанов» ФЭИ — Лейпунский, Субботин и Овечкин — не подписали письмо. В горкоме КПСС по этой причине слушали их «персональное дело». Разговор первого секретаря горкома Ивана Новикова с учёными закончился плохо. Они не признали своей «идеологической ошибки», за что все получили по выговору. Это как жёлтая карточка в футболе. Ещё выговор — партбилет на стол и прощай работа. Формулировка по Субботину была жёсткая: «Заслуживает снятия с работы, но учитывая прежние заслуги перед Родиной…» Валерий Иванович глубоко переживал случившееся. Обнинское партийное начальство опостылело. Когда через три года Субботину предложили возглавить новый «атомный» НИИ в Москве, сразу согласился. А тогда бодрился: «В хорошей компании почётней получить выговор, чем в другой компании орден». Характер у Субботина был не сахар, это отмечали почти все, кто с ним работал. Георгий Тошинский написал в воспоминаниях: «У Валерия Ивановича был сложный характер. Если у него сформировалось о ком-то негативное мнение, переубедить его было невозможно. Он говорил о людях то, что думал. Это неизбежно порождало конфликтные ситуации, мешающие работе». Владимир Бобков высказался о Субботине ещё жёстче: «В нём проявлялись моменты несправедливости, эгоизма, карьеризма. Но научная школа справедливо носит его имя». В Москве дела у Субботина пошли неплохо. В 1987 году он стал академиком. Его вместе с Сахаровым выбрали в Президиум АН СССР. Это вершина карьеры учёного. Второе пришествие Когда говорят, что в Обнинске не работал ни один «союзный» академик, это не совсем правда. Директор ФЭИ Михаил Троянов пригласил Субботина в 1991 году вернуться в ФЭИ на должность научного руководителя. Валерий Иванович принял приглашение и в годы начавшейся разрухи хорошо помог институту — используя высокие личные связи, находил договорные работы, обеспечивая сотрудникам хоть какую-то занятость и зарплату. Но продержался на посту недолго. В 1992 году ФЭИ возглавил Виктор Мурогов, отношения с которым у Субботина не сложились. Есть разные версии конфликта. Одни говорят, что Мурогов виноват, другие винят Субботина. Похоже, что просто «двум медведям стало тесно в одной берлоге». В 1993 году академик Субботин окончательно ушёл из ФЭИ. Связи с городом при этом не утратил. Рассказывают такую историю. Однажды, в середине 90-х он обедал с бывшими коллегами по ФЭИ в баре «Сэм». Вдруг бармен объявляет: — Господа, ваш обед оплачен! — Кем? — Вот этим господином! — и показывает на человека в чёрном костюме. Тот, выходя из заведения, произносит: — Пожалуйста, без возражений! Вы так много сделали для нашего города! Кто это был, так и осталось тайной… Валерий Иванович Субботин скончался на 89 году жизни. * Много шума в жёлтой прессе наделал брак дочери Субботина Юлии с поэтом-гимнописцем Сергеем Михалковым в 1997 году. Юлии Валерьевне тогда было 36 лет, а её избраннику — 84. Но сам Субботин это событие никогда публично не комментировал. Фото: Валерий СУбботин, 1960-е годы