Боливия в каком-то смысле стала для меня открытием. Я слышал, что она отличается от остальных стран Латинской Америки. Благодаря местному синкретизму в Андах сохранилось много верований и традиций доколумбовой Америки (хотя многие были утеряны, трансформировались и слились с католицизмом). Сегодня я лично познакомился с El Tío — покровителем всех боливийских шахтёров и подземного мира в целом. Хочешь найти золото, серебро или любой другой минерал — нужно задобрить подземного духа. Он любит выпить, выкурить пару десятков сигарет и пожевать листья коки. На крайний случай сойдёт и бутылка газировки, которую после тяжёлой работы разопьют утомлённые жаждой шахтёры. — Это подземный дьявол, его изображают злым и с постоянно стоячим членом. Кстати, женщинам сюда нельзя, плохая примета, — говорит один из шахтёров и залпом выпивает одну из бутылок-подношений с 95% спиртом. Я не могу сдержать смех. — А он тебя не накажет за то, что ты выпил подношение? — спрашиваю. — Нет. Главное — всё делать с уважением. Мы постоянно ему что-нибудь приносим, а он подсказывает, где искать минерал. В каждой шахте есть фигурка или статуя подземного дьявола. Если не задобрить его, можно не только не разбогатеть, но и попасть в передрягу. Ручной труд, работа дрелью в закрытом пространстве, маски, которые едва спасают от горной пыли, динамит, с которым шутки плохи, гружённые рудой тележки, что из-за состояния путей в шахте иногда опрокидываются, обвалы — всё это приводит к несчастным случаям. — Для нас это нормально, — говорит шахтёр. — Наши деды работали так же. Теперь у нас есть автоматический лифт, чтобы доставать руду. Дедам приходилось вручную всё вытаскивать. Ну, у больших компаний в Оруро, может, лучше, а у нас так. К середине XVII века население Потоси оценивалось примерно в 150–160 тысяч человек, что делало его одним из крупнейших городов в Америке. Здесь добывалась значительная часть мирового серебра, которое переплавляли и поставляли в Испанию. С истощением рудника город пришёл в упадок.